Сводный брат бесит

Клиенты преимущественно противные. Одна мне высказывала за то, что я принесла ей остывший стейк, другая за то, что в меню не было указано, что блюдо содержит чеснок. Еще несколько остались недовольны тем, что их заказ слишком долго готовился. Еще один придурок предпринимал попытки познакомиться со мной.

Последнее, наверное, будет частым явлением с таким дресс-кодом, как тут. На мне короткие шорты и топ, оголяющий пупок. А с фигурой у меня полный порядок. Как говорит Арина, есть, на что посмотреть и за что подержаться.

Но знакомства с парнями — это последнее, что меня сейчас интересует.

В дом Громовых я приползаю совсем без сил в 11 вечера. Внизу нигде свет не горит, наверху тоже. Нет никого, что ли? Однако когда я поднимаюсь на второй этаж, под дверью комнаты Данила замечаю щелку света. Тут, значит. Ну ладно. Надеюсь, мне не придется с ним видеться.

Не знаю, сколько времени я провожу в ванне с пеной. Горячая вода и ароматические свечи так меня расслабили, что я готова уснуть прямо в воде.

Тщательно вытеревшись полотенцем и переодевшись в любимую пижаму, бреду до кровати, как вдруг замечаю в гардеробе вещь лилового цвета.

То самое платье. Когда мы вернулись из салона, я закрылась в своей комнате и не выходила до конца дня. Пакет с нарядом остался у Данила. И вот сейчас это платье висит на вешалке в моей гардеробной рядом с другими платьями.

Он заходил в мою комнату, пока меня не было? Внутри тут же вспыхивает возмущение. Да как он посмел! Да, это его дом, и теоретически Данил может заходить в любую комнату, какую захочет, но… А если он шарил по моим вещам? По моим ящикам?

Срываю платье с вешалки и стремительно направляюсь на выход из спальни.

Но не успеваю я занести руку над дверью Данила, чтобы постучать, как тут же замираю.

Потому что слышу его голос и следом женский смех.

Прислушиваюсь. Он что-то тихо говорит, слов не разобрать, а женский голос продолжает смеяться.

Данил снова неразборчиво отвечает, а она смеется еще громче.

Затем все звуки резко затихают.

Я стою у его двери, словно пришибленная. Сейчас настолько тихо, что я слышу собственное дыхание. Что они там делают? Целуются? Он притащил в дом какую-то девку, чтобы целоваться с ней через стенку от меня? И только ли целоваться или ночью я буду слушать музыкальную композицию из их стонов и охов?

Нервно сглатываю и возвращаюсь к себе. Сажусь на кровать. Сминая в пальцах нежную ткань платья, судорожно думаю.