Зачем Серёжа так? Ну зачем? Почему нельзя разойтись, как цивилизованные люди? В этот самый момент я начинаю думать, что подход Кирилла к разрыву был куда эффективнее, чем мой.
Мы садимся на матрас, успокаиваемся. Густые тёмные тучи опасно нависают над нами, а затем… проплывают мимо. Может, обойдётся всё? Может, зря я написала Самсонову?
— Я купил путёвки в Анапу, — вдруг произносит Серёжа. — Как мы мечтали когда-то. В самый шикарный отель. Поедешь?
— Я не могу.
— Выезд через неделю. Подумай. Хорошо подумай.
— Меня не отпустят с работы, и я… не хочу.
— Любишь его? — вдруг спрашивает Серёжа.
Я молчу.
— Любишь, значит. А меня любила?
Внутри всё дрожит. Начав встречаться с Серёжей, я искреннее верила, что у нас получится построить крепкие отношения. Для этого были все предпосылки."
"Я предупреждала, что пережила сложный разрыв с мужчиной. Серёжа понял меня и делал всё от него зависящее. Не напирал, не давил. Действовал мягко и постепенно. Возможно, если бы в моей жизни снова не появился Кирилл, я смогла бы ответить на вопрос утвердительно.
Когда-нибудь. Со временем. Но вышло, как вышло. И я ни о чем не жалею. Единственное, надо было рассказать Серёже обо всём сразу же.
— Помнишь, как мы сидели здесь, на крыше, два месяца назад? — спрашивает он, грустно усмехнувшись.
Серёжа больше не пьёт, отставил бокал в сторону. Сидит сгорбившись. Светлые волосы спадают на лоб и глаза. Я не вижу его лица, только чувствую, что ему и правда очень-очень плохо. Если бы знала, как помочь, то непременно бы это сделала.
— Помню.
— Я тогда на последние деньги купил цветы и заказал еду из ресторана. На шампанское пришлось у Жеки одолжить.
— Ты не рассказывал об этом.
— Хотел тебя впечатлить.
— Получилось, Серёж. Правда.
— Мы смотрели на звёзды и целовались. До сих пор помню, как меня мурашило, когда ты отвечала.
— Хватит…
— Теперь у меня есть деньги. И на шампанское, и на еду из ресторана. Я заработал достаточно, на первое время точно хватит, но самое печальное, что стараться больше не для кого.
Я мотаю головой и отворачиваюсь. Разговор заходит в тупик. Можно бесконечно вспоминать о том, что хорошего было между нами, но какой в этом смысл?
— Для себя. Ты заработал эти деньги в первую очередь для себя.
Серёжа встаёт на ноги, начинает ходить туда-сюда. Со злостью ударяет жестяную банку из-под пива, которая случайно здесь завалялась. Он, кажется, протрезвел. Или мне хочется в это верить.
— Как ты справлялась? — вдруг спрашивает Сергей.
