Sword Art Online. Том 17. Алисизация. Пробуждение

Вопрос только в том, сможет ли она до самого конца битвы терпеть ужасную боль от ран. Если её душа дрогнет перед болью, то следом сдастся и тело. Это не значит, что Асуна умрёт, но размахивать мечом она уже не сможет.

Девушка закрыла глаза и подумала о раненом Кирито, о его боли, о величине его скорби.

Когда она сделала следующий шаг, в её сердце не было ни капли страха.

Последнее крупное сражение этой войны началось, когда солнце стояло уже высоко.

Лязгая тяжёлыми доспехами, первая двадцатка американских игроков вбежала в проход между храмами, жаждая крови и криков, которые им обещал промо-сайт.

Однако у них на пути стояли вовсе не несчастные NPC, созданные ради развлечения, нарушающего все рейтинги, а настоящие воины, искренне поклявшиеся спасти этот мир и рыцаря единства в золотистых доспехах. Покрытые царапинами клинки сияли от силы воли солдат, легко отражали вражеские атаки и прорубались сквозь доспехи.

Одинокая фигура свысока взирала на беспомощно гибнущих красных солдат.

Облегающий костюм из глянцевой кожи, как у мотоциклиста, весь в заклёпках из тусклого серебра.

Из оружия лишь огромный кинжал на левом боку, похожий на китайский кухонный нож. Лицо скрыто под низко надвинутым капюшоном чёрного пончо, напоминающего плащ-дождевик.

Были видны лишь губы, изогнутые в зловещей ухмылке.

Вернувшись в Андерворлд, он каким-то чудом увернулся от бомбардировки Синон, а затем бросился в погоню за отрядом-приманкой армии мира людей, растворившись в толпе американцев.

— Хе-хе. Она и раньше становилась беспощадной, когда злилась. Как убивает, как убивает!

Пока он бормотал, у него дрожали плечи, будто он не мог сдержать радости.

Внизу развевались каштановые волосы воительницы в жемчужных доспехах. Её, Асуны, рапира сверкала точно так же, как в воспоминаниях Вассаго.

Когда-то он так же наблюдал за её битвами, пользуясь навыком «Скрытность».

Её — и мечника в чёрном, который сражался еще яростнее плечом к плечу с ней.

Когда Беркули спрыгнул со спины дракона, между ним и вершиной монолита оставалось больше двух сотен меров. Даже он бы не пережил падение на твёрдый камень с такой высоты.

Но командир рыцарей не падал, а бежал по воздуху, словно по винтовой лестнице.