Что случилось?
— Ничего, службу несите, — буркнул полковник, с омерзением рассматривая манипулятор. — Пусть Шестой аккуратно прогуляется мимо, посмотрит, по возможности, кто в машине сидит. Идет, не останавливаясь, до угла, покупает в ларьке воду, возвращается обратно. Как отъедут — ко мне, словесный портрет. Как понял?
— Понял вас, понял, — отрапортовал Барин. — Уже пошел.
Шестой — это Север. Он единственный из нашей команды, кого Попцов не знает в лицо. Стекла иномарки тонированные, но со стороны водилы окно приспущено — оттуда вьется сигаретный дымок.
Достаточно одного цепкого наметанного взгляда, чтобы сфотографировать сидящих в салоне и поделиться впечатлениями с полковником. А он сделает необходимые выводы. Он — наш мозг, голова предприятия…
Я сладко потянулся, надвинул на глаза шапку и пристроился вполуха подремать. Хорошо! Впервые за долгое время я чувствовал себя в полной безопасности. И чувство это мимолетно, ненавязчиво этак, навевало ощущение какого-то непередаваемого комфорта. Как будто сидишь в крепком каменном доме, у камина, потягиваешь горячий грог, а за крепко запертыми ставнями бушует пурга.
И волки голодные воют злобно где-то неподалеку — мяса хотят. А у тебя на ковре куча ружей, а у ног два огромных волкодава дремлют, а пламя каминное отбрасывает на стены причудливо пляшущие тени, а в соседнем кресле мирно покоится нежная попа в шелковых трусьях под атласным халатиком…"
"Вот такого рода комфорт я чувствовал. Хотя у большинства нормальных граждан, знакомых с ситуацией моей, данные ассоциации могут вызвать недоумение.
Человека зачем-то ищут спецслужбы. Старательно и методично ищут, прилагая все усилия. С некоторых пор этого же человека ищут нехорошие люди из многочисленной армии Зелимхана Ахсалтакова, которая, прошу заметить, состоит отнюдь не из одних только горцев — славян там тоже хватает. Далее: как недавно выяснилось, все того же пресловутого человека активно ищут — и даже большие деньги за него готовы дать — противники Зелимхана Ахсалтакова, точнее, их русифицированные наймиты из все тех же пресловутых спецслужб, только несколько иного профиля.
И вот этот всеми искомый человек средь бела дня сидит преспокойно в машине, неподалеку от КПП воинской части в том самом городе, где его ищут. В плечевой кобуре у этого человека краденный черт знает откуда «ТТ», в кармане запасная обойма, на полу, под фуфайкой, — опять же черт знает из какого каравана ограбленного конфискованный «АКС» и восемь магазинов к нему.
