Сыч – птица ночная

И каждый час доклады принимал — что творится на территории подконтрольной усадьбы, не появился ли в поле зрения кто-то интересный.

Алкогольно-телефонная идиллическая пастораль была неожиданно нарушена в два часа пополудни 11 марта. Я лежал в трусах и футболке на коврике в прихожей — у экс-телефонистки военизированной в квартире топили как на убой — и занимался обычным делом. То есть пытался читать «Мегаполис», прижимал к одному из опухших ушей трубку (точно не помню, к какому именно — но они оба были в изрядно опухшем состоянии после трехдневного непрерывного телефонства) и рефлекторным движением накручивал каждые две минуты двойку.

Пальцем — тык! — крутанул. Две минуты прошли — опять: тык! У меня таймер в организме включился — безошибочно тыкал в положенное время, до автоматизма дошло. Бывало, провалюсь в дрему — днем я вообще поспать не дурак, я ночная птица, — а палец сам по себе крутит диск. Просыпаюсь через полчаса — отбоя нет. Значит, пятнадцать раз крутанул. Условный рефлекс выработался.

С тринадцати до пятнадцати в телефонном царстве воинской части и близлежащих автопредприятий имело место благостное затишье — у них у всех в это время был обеденный перерыв. В этот период я обычно и дремал, пользуясь тишиной, — в другое время просто не давали, наяривали через каждую минуту все кому не лень, да орали при этом так беспардонно, что имелось болезненно обостренное желание хлобыстнуть им всем телефоном по мордасам. А потом добивать ногами, обутыми в крестьянские гуанотопы.

Не звони, блин, куда попало! А звонишь — говори потише, зачем так напористо орать в трубку? В общем, у меня за эти три дня развилась какая-то особая телефонная фобия…

Так вот, в два часа пополудни, когда я сладко дремал, накручивая двойку, кто-то неурочно позвонил и после чьего-то полусонного «да» — человек тоже дремать пристроился после обеда — этак начальственно, барским тоном вьщал:

— Здорово, Федорыч. Спишь, что ли? Полчаса тебе трезвоню, не подходишь!

Я в полудреме не сообразил, какого, собственно, Федоровича имеют в виду, и хотел было спать дальше, но в трубке вдруг зазвучал мгновенно взбодрившийся голос По-пцова:

— Да нет, я тут того… ну, отходил в общем.

— Я же сказал — в обед чтоб сидел на телефоне! — мягко пожурил Попцова собеседник. — Ну, бог с ним — переживем. Ты вот что… Тут у нас интересный мальчишка образовался. Прислали солидные люди. Он к тебе сегодня подскочит. Надо свезти, обслужить.