Сыграем

А что бы вы сказали парню, который купил вам квартиру, чтобы вы смогли держать там собаку, потому что у вас в детстве никогда не было питомца? На самом деле, я ничего не сказала. Я сделала ему минет, как только перестала плакать. Кажется, он оценил такой жест. К тому же он и так знал, что я люблю его. Я довольно часто говорила ему об этом.

Кто-то постучал в дверь снова.

Я вздернула плечами.

— Готова? — спросил он.

Я кивнула. Он протянул мне руку, и я взяла ее, позволяя ему повести меня через коридор в гостиную.

— Ты не уйдешь? — спросила я, ненавидя то, как тряслись мои коленки.

— Не уйду. Я постоянно буду возле тебя.

— Хорошо, — улыбнулась я. — Не то чтобы я была какой-то жалкой слабой девчонкой, использующей тебя в качестве опоры или защитного покрывала.

— Эй, — сказал он, нежно беря меня за подбородок. — В последние полтора месяца ты была моей опорой. Давала мне все, что потребуется, когда только могла. Мы можем рассчитывать на поддержку друг друга, Тыковка. Все в порядке.

— Спасибо.

Он выдохнул и опустил плечи.

— Тебе спасибо.

Нет, ну правда, это было нелепо — какой ужасной я обрисовала эту ситуацию в своей голове. Но я могла бы убивать драконов, пока он на моей стороне. Без всяких сомнений. Я встала ровнее, сделала глубокий вдох.

— Я в порядке.

— Да, в порядке. Придут все твои друзья. Каждый из них прикроет тебя, Энн, — сказал он. — Это будет самый лучший день перед Днем Благодарения из всех.

Сам День Благодарения мы проведем у его старшей сестры в Айдахо. Лори умерла вскоре после того, как мы прилетели в Кер-д’Ален на следующий день после нашего воссоединения.

Ее смерть очень сильно ударила по Малу. Он до сих пор не отошел, но больше не всаживал кулак в стены и не уничтожал каждую ночь по бутылке «Джека Дэниелса». Иногда он замолкал и уходил в себя. Но всегда возвращался ко мне.

— Ты сможешь это сделать, — сказал он. И я ему поверила.

Он открыл дверь, за ней стояли Лиззи с мамой. Мама осторожно мне улыбнулась. В ее волосах морковного цвета было больше седины, чем я помнила, а выражение лица смягчали морщинки.

Если на то пошло, то выглядела она куда более нервничающей, чем я, судя по тому, как она крепко перед собой сцепила пальцы.

— Привет, мам, — я шагнула вперед, почти поцеловала ее в щеку, но не совсем. Но дело к тому шло. Может, в следующий раз. — Мам, это Мал. Мал, это моя мама, Джен.

— Здравствуйте, Джен. Приятно с Вами познакомиться, — Мал подался вперед, чтобы поприветствовать ее. Но он так и не выпустил моей руки.