Видимо, кто-то уважаемый.
— А когда пиздили меня, он не мог вступиться? — хмыкаю.
— Вы и сами справились.
Не поспоришь. Но кто мог за меня впрячься? Если бы Мишка своих людей отправил, он бы сказал. Да и не успел банально.
Кто-то видел, как все произошло.
— Неважно, — выдыхаю, — что с моим тестем?
Мужик продолжает печатать.
— Пока его не выпустят. Антон Сергеич попросил хорошо на него покопать.
— Не помешает, — киваю, — он всю жизнь общается с вашими клиентами.
Следователь усмехается. А в двери входит молодой длинный мужик в форме.
— Допросили. Хочет еще с зятем поговорить.
На меня устремляются сразу два вопросительных взгляда. Киваю.
В камере Гном один. Прям лакшери условия. Смотрит на меня, естественно, волком, как будто я сам себя заказал избить и на него это вешаю.
— Что тебе надо? — интересуюсь.
— Да спросить хотел, зятек, — встает, закладывает руки за спину, — не надоело как лох себя вести?
Усмехаюсь.
— Ты снова про ребенка? Прекрасно знаешь, это мой сын.
Анализ ты подменил?
— Чего?..
Кратко ""посвящаю"" его в курс дела. Сам же все знает, идиот.
Но тесть говорит внезапные вещи.
— Ну ты и правда — лох!
— За языком следи…
Делаю к нему шаг, пятится. Хоть и понимает, за нами присматривают, и здесь я на него не нападу.
Впрочем, у меня вообще нет желания об это говно мараться.
— Ладно, хер с тобой, — заявляет папаша, — но меня не держи за тупого. Сейчас лабораторий тьма, ты мог десять тестов пойти сделать на следующий день.
— Но с Майей поругался бы.
Выпнул бы ее. А тут ты с новым зятем.
Гном кривит рожу.
— А потом бы новую экспертизу сделал и вернул. Эта дура к тебе побежит, если поманишь. Выучили уже.
В три шага оказываюсь рядом.
— Не оскорбляй… мою… жену! — рявкаю в рожу.
Отшатывается.
— Анализ на меня не вешай, — переводит тему, — только тупой мог так сделать. А лохом… Так твоя жена тебя им считает. Ни на что не способным ссыкуном.
Кулаки сами сжимаются. Спокойно…
— Я ухожу.
— Знаешь, почему она с тобой рассталась?
Останавливаюсь на месте.
Понимаю, не надо слушать этого урода. Но вопрос вылетает сам собой.
— Почему?
— Считала слабаком. Боялась, прибью тебя нахуй.
— Ты?
— А ты меня не недооценивай. Майка за тебя тряслась, потому и бросила. Чтобы живой остался и целый на радость мамочке. Ты, кстати, в курсе, что Катерина мне помогла вас развести? Вместе уламывали Майю не портить тебе жизнь. И фотографии с «помолвки» Майи я Кате дал.
