Сын Дьявола

 — Я хотела с собой покончить, но потом подумала, как ты будешь без меня.

— О, Снежана, — закусываю я дрожащую губу и чувствую горячие слезы в глазах. — Что мне сделать для тебя? Я так переживала. Я так боялась, что эти уроды сделали тебе больно. Их надо посадить! Ты должна написать заявление, и тогда их посадят за изнасилование в тюрьму. Почему ты этого не сделала, раз уж… — я перевожу дух. — Раз уж весь город знает.

Она сразу меняется в лице.

— Да, и отец запретил мне с тобой общаться, но я все равно буду. И пусть что хочет, то и делает.

— Слушай, — снова прерывает она меня резко и как-то раздраженно. — Забирайся ко мне, я все расскажу. И мы обсудим, что делать дальше.

Я осматриваю дом на наличие выступов, но, кажется, вор скорее сломает себе шею, чем заберется на второй этаж.

— Легко… Вон, — она указывает за угол дома. — Там лестница. Забирайся на нее и просто перелезай по крыше в коридор, там я тебя и поймаю. Если не боишься, конечно.

Высота была моей маленькой слабостью настолько, что я даже отказалась лететь с Мариной заграницу.

— Не боюсь. Я сейчас залезу!

— Жду тебя, — говорит она с кривой улыбкой и снова прячется в окне.

Я опускаю взгляд на белую панель и вижу грязное пятно. Такое же грязное и темное, как страх, липкой субстанцией растекающийся по венам. Я тяжело вздыхаю, смотрю на краешек показавшейся лестницы и не понимаю, как я ее не заметила. Возможно, подсознание не давало мне, защищая от возможного головокружения.

Мама не была доброй. Когда я просила есть, она применяла разные способы заставить меня замолчать. Одним из таких был толчок из окна. Не знаю, правда, каким чудом, но я уцепилась за подоконник и влезла обратно, но с тех пор высота выше человеческого роста казалась мне невообразимо страшной.

Но делать нечего. Ведь у меня была цель, и раз Снежана не так уж сильно обижается и злится, то всегда можно ее уговорить пойти в полицию. Правда, прошла уже неделя, но ведь я свидетель.

Я на негнущихся ногах подхожу к лестнице и с трудом, словно вместо костей стальные вставки, поднимаю голову. Она тут же начинает кружиться, и я смотрю вперед. На старую древесину. Набираюсь смелости, вздыхаю и переставлю руки выше, чтобы ступить на шаткую лестницу.

Только поднимаюсь выше, еще ступень, возможно, я преодолею страх, как вдруг сзади слышу треск ветки.