Сын Дьявола

 — Кем ты хочешь быть…

Рукой беру ее шею, пальцами чувствуя гладкость бархатной кожи. Глажу нежно пульсирующую венку и выдыхаю в губы вопрос:

— Как никогда, — впивается коготками в голые плечи. Смотрит в глаза. Переступает с ноги на ногу. Дрожит, и я знаю, что течет.

— Всем. Я хочу, чтобы даже без меня ты думала обо мне. Мечтала обо мне. Хотела только меня. Я хочу, чтобы никто и никогда не сумел взрастить в твоей теле возбуждение. Хочу, чтобы только я был смыслом твоей жизни. Чтобы ради меня ты была готова на все, на все, Лана, понимаешь?

— Понимаю, — сглатывает она, и вижу, как капля слезы катится по щеке.

— Ну так что? Хочешь, чтобы я был твоим другом?

— Уже не уверена, — отвечаю на вопрос и закрываю глаза, чувствуя, как меня мягкими волнами омывает удовольствие, пока вдруг его губы не вычерчивают на шее линию, очередное клеймо.

Страшно так сильно хотеть человека.

Так сильно желать сделать все, что он хочет. Страшно упасть в пропасть, из которой больше не выбраться.

Отталкиваю, не выдерживаю напряжения.

— Я все же думаю, что после боя тебе нужно отдохнуть.

— Хочешь, чтобы я показал, насколько мне не нужен отдых, — скалит он зубы и рывком спускает полотенце.

Ахаю от неожиданности, от члена, что предстаёт во всей мужественной красе, не в темноте, а в томном желтоватом свете с синими бликами воды. Длинный, испещрённый венами, увенчанный крупной темно розовой головкой. Боже… Отворачиваюсь.

Бегу по квартире, смеюсь, представляя картинку, как Максим догоняет меня, размахивая своей шашкой.

Но он нагоняет меня в два счета уже у самой кромки воды, поднимает над бассейном, который неожиданной голубизной слепит глаза и просто прыгает.

Выныриваю, отплевываясь и зло смотрю на Максима. Он как акула нарезает круги возле меня.

— Это было не смешно.

— Зато теперь ты точно разденешься…

— Ты наглец, — пытаюсь скрыть улыбку, и вдруг Максим уходит под воду. Тут же в панике осматриваюсь, пока сердце клокочет в самом горле и вскрикиваю от страха, когда меня поднимают вверх и буквально за секунду снова бросают в воду.

Я выныриваю опять, чтобы сказать все, что думаю, но не успеваю сделать и глоток воздуха, как его тело оказывается непозволительно близко.

Глаза в глаза, сердце замирает, и вот его губы чертят клеймо на моих.

Язык собирает капли, взгляд прожигает душу.

— Забей сегодня на все, Лана. На мою усталость, на свое будущее. Просто… — он обнимает меня за талию и притягивает ближе. Сдавленно хрипит.