Сын для миллиардера

Ведь с прошлой работы меня уволили. Я бы и сама ушла после такого…

Обернулась и вздрогнула. Холодок пронёсся от затылка к пяткам, превратив кровь в венах в лёд.

Я увидела большой черный внедорожник с прожекторами на крыше.

Ну и махина!

Не может быть!

Я ведь его уже видела… Возле кафе, в котором работаю!

Такой внушительный танк сходу привлёк моё внимание.

Но что он здесь забыл?

В небогатом спальном районе на окраине города.

На таком только президенты или важные шишки разъезжают.

Мне стало не по себе.

Ведь этот железный зверь словно преследовал меня…

Внедорожник не отставал. Он намеренно сбавил скорость и следовал четко моему движению. Ему даже сзади сигналили, но он возомнил себя царём дорог и продолжал двигаться так, как ему было удобно.

Я решила кое-что проверить и резко свернула в другой переулок.

Сорвалась на бег, побежала!

Позади услышала резкий визг тормозов, а потом, наоборот, мощный рев мотора.

Мне стало так страшно, так страшнооо! Что я пару раз споткнулась и чуть не упала, а потом заблудилась в переулках жилых, незнакомых дворов.

Господи, что же это делается?!

Меня точно преследуют.

Наконец, я вижу просвет и узнаю знакомую улицу! Осталось только перейти дорогу, и я смогу забежать в больницу, чтобы там укрыться.

Последний рывок…

Выскакиваю из переулка, ничего не успеваю понять, как получаю приличный удар в лоб.

Кажется, я на кого-то налетела.

На твердый, мощный утёс, который пахнет как лучший аромат модного дома духов.

Отшатываюсь назад, когда слышу властный, низкий голос, от которого острые мурашки несутся по спине.

— Куда бежишь, крошка? На аборт?!

Передо мной вырастает высокий темноглазый мужчина в дорогом костюме, резко хватает меня за руку. Очень красивый, породистый, опасный. Позади еще какие-то люди в темных костюмах, будто охранники президента.

— Вам какое дело? Уйдите с дороги! Я вас не знаю!

Мои глаза наполняются слезами.

Я не хочу это делать! Но не могу по-другому.

Знакомые меня засмеют.

Неожиданно горячие пальцы ложатся на мой подбородок, сжимают.

От этих прикосновений меня бьёт током, а внизу живота начинает сладко пульсировать, будто они кажутся мне удивительно знакомыми. Его красивые, ухоженные руки с тонкими, аристократичными пальцами.

— То есть ты ничего не помнишь?

Он прав! Я не помню ту ночь. Вообще.

В глазах незнакомца что-то меняется, когда он видит мои слёзы.

И он резко заявляет.