В центре лагеря находился не слишком большой шатер, сделанный из той же ткани, что и эльфийская одежда, так что разглядеть его на фоне леса было бы трудно, не будь он окружен кострами. Часовых возле шатра не было, но пару раз туда кто-то заходил, предварительно спрашивая разрешения, так что мы сделали вывод, что житель этого шатра – важная фигура.
Вот бы его захватить! – подумал я и, скосив глаза на Беара, заметил у него на лице задумчивое выражение. Кажется, подобная мысль пришла и в его голову. В любом случае пока что никаких предпосылок к тому, что нам это удастся, не было.
Как ни крути, подойти к шатру через спящий лагерь невозможно, костры расположены довольно часто. В лагере находилось около двухсот эльфов. Интересно, сколько таких всего в лесу? Мы с остальными группами разошлись на довольно большое расстояние, так что получится собрать более-менее правдивую картину. Всю ночь и весь следующий день мы наблюдали за лагерем. Активность не прекращалась ни на минуту, некоторые из первородных укладывались спать, другие в это время просыпались, уходили на свои наблюдательные посты, в каком-то своем ритме, кажется, никак не совпадающим с ритмом смены дня и ночи.
Утром в лагерь со стороны реки пришли две дюжины свежих первородных, тяжело нагруженные мешками с провизией. Я уже подумал, что здесь собирается какая-нибудь эльфийская тысяча, или как там у них называются крупные отряды, но в обратную сторону отправился примерно такой же по численности отряд, причем в его составе был также тот самый командир, чей шатер стоял в центре.
Принимать решение нужно было быстро, и именно поэтому мы решили проследить за этим самым большим начальством. Немало способствовал этому решению тот факт, что нам до сих пор не приходилось так долго оставаться почти неподвижными. Очень уж близко мы подобрались к вражескому лагерю, нужно было соблюдать осторожность. Как же я проклинал это наше решение в последующие две недели! И все-таки оно было правильным.
Несмотря на то что во время ожидания мы изо всех сил старались разминать мышцы, разгоняя по ним кровь, полноценно двигаться поначалу никто из нас не мог.
Даже Хамелеон с трудом сдерживал кряхтение и стоны – после того как мы начали осторожно ползти, в затекшее тело как будто впилось множество иголок. А уж когда мы удалились от лагеря и смогли подняться на ноги! Какое нелепое зрелище мы представляли собой! Если бы нас заметили первородные, то прежде чем убить, они, наверное, неплохо развлеклись бы, наблюдая за нашими мучениями.
