Пакет с клубками передавали из рук в руки под одобрительное цоканье языками, на Улю смотрели тоже в целом одобрительно. А Ульяна то и дело бросала взгляды на дверь. Она поймала себя на том, что ее незаметно охватило чувство сильнейшего нетерпения. Или предвкушения.
Гости, между тем, наконец, расселись и принялись спорить, кто будет открывать бутылку кахетинского красного полусладкого.
Именно в этот момент стукнула входная дверь.
— Кто это, Настасья? Вроде все наши на месте? Или еще кого позвала?
Ульяна же замерла, не сводя взгляда с двери комнаты.
В проеме показался Захар. Он был одет в костюм, похожий на горнолыжный, только очень свободный.
— Добрый день, дамы. С наступившим.
Дамы замерли, уставившись во все глаза глаз на Захара.
Первой подала голос Настасья Капитоновна.
— Так вот кто нам вино откроет.
— С удовольствием, — Захар шагнул в комнату.
— Так ты разодевайся, Захар, да садись к столу.
— Нет, спасибо, — Захар взял бутылку и штопор. — Я за Ульяной.
Теперь все взгляды повернулись к Уле.
А она почувствовал непреодолимое желание зардеться. Да, вот именно так — зардеться.
— Что значит — за Ульяной?
— День сегодня хороший, Настасья Капитоновна, — Захар поставил открытую бутылку на стол. — Тепло, солнечно, ветра нет. Я снегоход выкатил. Хочу Уле показать наши красоты. Вы как, не против?
На «показать красоты» у Настасьи Капитоновны не нашлось возражений. Но нашлись другие слова.
— Так пообедайте с нами сначала. Ко мне вон тут подруги пришли.
С хора. Покушаем, попоем. А потом и ехать можно.
На лице Захара отчетливо промелькнула вся «радость» от такой перспективы, но аргументы у него были железные.
— День сейчас короткий, смеркается рано. По темноте ездить не хочу. Да и не видно ничего. Так что мы уж лучше покатаемся сначала, а потом придем к вам… на ужин.
— Так Уляшка еще не ела ничего толком."
"— Я не голодная! — наконец отмерла Ульяна. Перспектива поехать с Захаром на снегоходе взволновала ее как-то… как-то совершенно как в детстве.
Когда тебе вдруг говорят утром, что сегодня мы пойдем в городской сад кататься на каруселях. Такой же восторг — до вставшего комком в горле визга радости.
— У меня термос с чаем, бутерброды, — у Захара были ответы на все вопросы. — Накормлю.
— А одежда? — не унималась Настасья Капитоновна, — У тебя вон костюм специальный, а у нее? Хотя… у меня где-то тулуп был.
Перспектива тулупа Улю ужаснула, а у Захара заставила дернуться угол рта.
