У плиты стоит невысокого роста седоволосая женщина в фартуке, и что-то помешивает в кастрюле, с таким сосредоточенным видом, будто готовит шедевр. Я понимаю, что это, скорее всего, домработница.
— Доброе утро, — говорю я, стараясь не звучать слишком навязчиво.
— Доброе, доброе! — Женщина оборачивается, ее лицо озаряет теплую улыбку. Она выглядит приветливо и деловито.
— Надеюсь, мы вам не помешаем? — осторожно подхожу поближе и усаживаю ребенка за стол.
— Конечно, нет! Я тут только начала завтрак готовить.
Могу предложить вам что-то выпить? Кофе или чай?"
"— Чай будет отлично, — говорю я, чувствуя, что немного расслабляюсь от ее дружелюбного отношения.
— А кто-то тут у нас такой хорошенький? — женщина обращает внимание на смущенного Даню. — Как тебя зовут? — спрашивает она ребенка.
— Он не ответит, — подавлено говорю я, словно меня сейчас начнут ругать, что я никудышная мать и родила больного ребенка. Будто бы я заказывала родовую травму. До года он развивался очень быстро.
Рано сел и пошел, но настораживало то, что он почти ничего не говорит. Ходила к логопедам и детским психологам. Они говорили — «рано», «подождите», «в садик пойдет и выговориться». И я ждала. Ждала до двух с половиной. Сейчас ему почти три. Мы занимаемся с нейропсихологом и логопедом, но прогресса пока особого я не вижу. У него полностью сохранен интеллект и достаточно большой пассивный словарный запас, но нет связной речи и от этого хочется биться головой о стену. Мне кажется, что было бы легче, если бы у него был какой-то конкретный диагноз.
Ну, живут же на свете дети — аутисты, и дети с синдромом Дауна. Тогда хотя бы понятно, что с этим делать. Как развивать, а тут… Кричать хочется от безысходности.
В целом, я уже привыкла к осуждающим взглядам родственников и соседей, но все равно каждый раз объяснять, почему мой ребенок так плохо говорит, очень трудно и больно.
— У него задержка речевого развития, — объясняю я.
Женщина на мгновение замирает, словно обдумывая мои слова, но её улыбка никуда не исчезает.
Она аккуратно опускает ложку на стол и подходит ближе к Дане, присев на корточки рядом с ним.
— Ничего страшного, — говорит она мягко, обращаясь скорее ко мне, чем к Дане. — Все детки развиваются по-разному. Я уверена, что он просто очаровательный мальчик.
Даня смотрит на неё с любопытством, но молчит. Его глаза внимательно следят за её движениями. Я чувствую, как волна облегчения проходит по моему телу.
