Сын (не) для дракона

В конце концов, мы с Сорином встретились рядом с принцессиным озером, куда он пришел почтить ее память (как и каждый год, по словам Илинки), и куда даже принес лакомства, пастилу и шоколад (держу пари, именно это больше всего любила покойная принцесса).

И все-таки услышать об этом от короля было неприятно.

— Еще какая. Начальник стражи, почти ровесник ее отца — и все равно Сорин поучаствовал в борьбе за право стать наследником престола, женившись на принцессе.

— За трон боролся ты, а не я.

— Ах, прости, — король поднял руки и, понизив голос, обратился ко мне: — Видишь ли, Кэтэлина, Сорин считает, что именно я виноват в гибели моей любимой жены.

"— Надо же, — нейтрально откликнулась я.

— Да. Даже распорол на мне камзол перед всем двором, чтобы удостовериться в том, что на моей груди нет шрамов.

Шрамов, которые доказывали бы участие короля в смерти Игрид, не было, об этом я уже знала от Сорина.

— Надо же, — снова сказала я, надеясь, что тема затихнет сама собой.

— Да. Я бы вел себя точно так же, — король пригубил вино, — если бы мне достался рубин вместо жены.

— Ну конечно, ты же стал королем, — хмыкнул Сорин. — А как был кошаком без роду и племени, так и остался.

Король, вопреки обыкновению, не спешил вызывать Сорина на дуэль. Кажется, он его вообще не слышал, смотрел только на меня своими холодными чернющими глазами.

— Рубин вместо жены? — непринужденно спросила я.

— Тот, который Сорин до сих пор носит на рукояти меча. Его подарила ему Игрид, когда приняла мое предложение о помолвке. А Сорин в ответ…

— Тебе не стоит этого говорить…

— Перс! — воскликнул король, и тот незамедлительно встал из-за стола и приблизился. Между бровей у него четко обозначилась тревожная морщина. — Ты ведь присутствовал там?

— Ваше величество?

— Когда Сорин принес обет принцессе Игрид? О чем он был?

— Боюсь, прошло много лет, ваше величество, — попытался слиться Перс.

Король повернулся ко мне.

— Зато помню я. Там точно звучали слова о верности и о том, что Сорин никогда не женится и не впустит в свое сердце никого другого.

Я уронила вилку в тарелку, но звук удара потонул в общем гомоне. Спустя несколько секунд я встряхнулась и промокнула губы салфеткой.

— Не думаю, что меня это касается, — ответила я и встала. — Прошу прощения, ваше величество.