Сын олигарха

Заметив это движение, свирепеет.

- Ты в нём жить собралась? - рычит по слогам, выпуская мою руку и дёргая на себя за борты пальто.

Со злостью вцепившись в пуговицы, быстро начинает расстёгивать их.

- Ты в него не влезешь… - говорю, подняв на него глаза.

Он вскидывает на меня свои. Острые, как бритвы.

Смотрю на него исподлобья, гордясь своим заявлением.

Сжав мои любимые губы в тонкую линию, поднимает подбородок, глядя свысока.

- Что с телефоном?

Молчу, думая, как ответить, и наблюдая за слаженной работой его длинных татуированных пальцев.

- С телефоном что, я спрашиваю? - повторяет резко, стягивая с моих плеч мокрое пальто.

- Сдох, - говорю рассеянно, не собираясь ничего объяснять.

Громко всхлипнув, обнимаю себя руками.

Он сжимает ладонями мои плечи, а потом резко тянет к себе.

- Холодная вся, пиздец…

- Замёрзла… - по-детски капризно булькаю я, пряча ладони на его груди.

Его руки блуждают по моей спине. Вверх и вниз. Снова смыкаются, сдавливая то сильнее, то слабее.

- Я думал, ты уехала, - говорит хрипло над моей головой.

- Ты… просил не уезжать… - утыкаюсь лбом в его грудь.

- Я думал, что ты уехала, Жень, - повторяет с нажимом.

- И что… обрадовался? - бормочу я.

- Не пори херни.

- Почему я должна думать по другому?! - упираюсь в его грудь ладонями, подняв голову.

- Потому что ты не дура, чтобы так думать, - отвечает вкрадчиво.

- Знаешь что, Немцев! Я, видимо, дура! Нужна я тебе или нет?

- Я тебя сам позвал. Нужна ты мне или нет? - злится он.

- Ты позвал на выходные! - возмущаюсь я.

- Потому что по-другому ты хрен бы поехала! Почему не сказала про чемодан?!

Смотрим друг на друга зло.

- Потому что откуда я знаю, чем ты эти полтора месяца занимался?! И с кем! - выпаливаю я в сердцах.

- Женя, - угрожающе рычит он. - Я тебя трахаю, не вынимая, двое суток! Чем я тут занимался, по-твоему?!

- Не знаю я! - психую, топая ногой.

Я не должна всё знать и понимать!

- Так спроси!

Дышу рвано, глядя в его глаза. Он смотрит на меня в упор, сжимая ладонями плечи.

- Хочешь, чтобы я осталась?

- Я хочу, чтобы ты осталась, - чеканит слова.

- На… диване?

- По фигу где. Это решаемо. Переживём.

С этим я, чёрт возьми, согласна!

- Любишь меня? - спрашиваю, успокоившись.

- О, твою мать… - закатывает он глаза, а потом опускается передо мной на корточки и хватает мою ногу, сдёргивая с неё мокрый ботинок. Отшвыривает его в сторону. Трогает ладонью мою стопу в полосатом носке.