– Меня Лена зовут, – шепотом пискнула сидевшая рядом девочка, и Сашка кивнул в ответ. – Следующим уроком география. Сядешь со мной?
– Посмотрим, – уклончиво ответил Александр и открыл блокнот для записей. Для заметок он использовал куанцао – китайскую скоропись, вполне обоснованно полагая, что специалистов по расшифровке этого письма в Москве найти будет непросто.
Аккуратно макнув перо в чернильницу, он записал «проработать вопрос с шифрами», убрал книжку во внутренний карман куртки и застегнул пуговичку, фиксируя блокнот.
Урок тянулся медленно и тягуче, словно патока, и звонок на перемену Александр воспринял как манну небесную.
Захлопали крышки парт, и ученики стали собирать вещи для перехода в другой класс. У выхода его догнал Василий и пристроился рядом.
– Ну как тебе?
– Школа как школа, – Белов пожал плечами. – А ты, кстати, чего это у доски «плавал»?
– Да не даётся мне эта математика… – Василий махнул рукой. – А-а, ерунда все это! Когда это в жизни понадобится такие уравнения решать?
– Ты это брось! – Белов за плечо развернул Василия Сталина.
– Думаешь, тебе это в жизни не пригодится? Ну вот стал ты лётчиком, а потом?
– Потом? – Василий непонимающе хлопал глазами.
– Реакция у тебя хорошая, мозги – тоже. С людьми контакт находишь легко, значит, быстро пробьёшься в командиры. Сначала эскадрильи, потом полка… А посчитать ресурс моторов, а расход ГСМ проверить, чтобы не воровали? А даже составить план перелёта.
– А штурман на что?
– А если штурман налажал? Весь полк угробишь? – Белов спокойно, словно гвоздь, вбивал каждое слово. – Значит, так. С математикой я тебе помогу. Будем вечерами, или когда я там освобожусь, сидеть. Сейчас на географии составишь полный список предметов, с которыми у тебя проблемы, и будем подтягивать все. Вася, ты – сын самого Сталина! Ты должен быть как минимум не хуже, а может и лучше.
– Как же… – Василий криво усмехнулся, а Белов стал говорить совсем тихо.
"
"– Вася, он простой человек с железной, даже стальной волей. Он сам себя заставлял учиться и расти. И сейчас читает книги десятками. Ты думаешь, ему легко? И тебе будет сложно. Будешь учиться хорошо, все скажут, ну конечно, он же сын самого Сталина. А вот если будешь учиться плохо, промолчат, и это будет хуже всего. Они будут тебе улыбаться, заискивать и заглядывать в глаза, ища одобрения, но всё это только потому, что ты сын Сталина.
