Тем временем русский приобнял Вернера за плечи и произнес твердо, тщательно выговаривая слова:
– Мое имя – Анатолий Серов[161]. Я запомню тебя, парень!
После школы дети Сталина выбирались на прогулку по осенней Москве, чему немало способствовала отличная, почти летняя погода. Яркое солнце разогревало асфальт досуха, и всей компании просто замечательно гулялось по проспектам и улицам столицы под мороженое и разговоры.
Мальчики шли по направлению к Нескучному саду и весело болтали обо всем на свете:
– Слушай, Немец, а вот, только честно: ты, правда, в санатории был? – Василий внезапно оборвал свою патетическую речь о новых достижениях советской авиации и внимательно посмотрел на Сашку.
– Только, чур, не врать…
Белов взглянул на сводного брата, и привычная, легкая ложь, уже готовая сорваться с языка, как-то застряла. Василий ждал этой лжи, и на его лице удивительным образом смешивались обида на тех, кто считает его еще маленьким, с презрением к лжецам вообще. В такой ситуации врать было как-то не комильфо…
– Васька… – Александр посмотрел брату прямо в глаза.
– Понимаешь, я не могу тебе ответить. Просто не имею права.
Василий вспыхнул, но тут же отошел и улыбнулся хорошей, открытой улыбкой:
– Да мы все так и поняли. Ну, кроме тети Веры, – он снова улыбнулся. – Она-то верит, что ты болел…
– Да, она хорошая… – согласился Саша. – И очень доверчивая.
– Ага… – Василий заговорщицки подмигнул. – Ты же вместе с теми… ну, которые Гитлера – того… да?
Саша промолчал, а Василий удовлетворенно кивнул и больше не расспрашивал брата ни о чем.
"
"В этот момент ребята вышли к Окружной железной дороге. Зрелище, открывшееся им, завораживало: у самых ног Василия и Александра глубоко прорезала прибрежную возвышенность Ленинских гор стальная нитка рельсов, по которым куда-то шустро спешил маневровый паровозик, окутанный клубами дыма. Раздался гудок, и навстречу ему показался могучий паровоз, влекущий за собой длинный состав. И почти тут же следом за составом с моста спустился маленький локомотив с парой вагонов.
– Смотри-ка, тепловоз, – показал Саше Красный. – Как это он тут еще уцелел?
– В смысле? Почему «уцелел»? – опешил Александр.
– Ну, я как-то слышал, как отец говорил, что тепловозы для наших дорог не годятся…
– С чего вдруг? – Саша вспомнил характеристики паровозов и тепловозов и пояснил: – У паровоза КПД – пять-шесть процентов, а у тепловоза – минимум двадцать восемь. Намного выгоднее…
– Не знаю, – пожал плечами Василий.
