В проектах появлялись то передвижные сараи с противопульной бронёй, то обшитый бронёй трактор с мелкой пушечкой, то ещё какой-нибудь шушпанцер…
Сашка сидел в библиотеке – небольшой комнатке без окон, в которой раньше, наверное, размещалась лакейская или дворницкая, а теперь до самого потолка стояли стеллажи с книгами, и читал очередной отчет. Внезапно глаз зацепился за какое-то очень знакомое наименование… Не может быть! Он встряхнул головой, крепко зажмурился и повращал глазами под закрытыми веками, для усиления остроты зрения.
Открыл и перечитал еще раз. Господи боже! Да неужели?! Точно, так и есть: «Краткий отчет испытаний моб. танка Т-34[167]».
Честно говоря, Белов решительно не помнил, когда лучший танк Второй мировой увидел свет. Вообще-то ему казалось, что эта машина появилась несколько позднее, но его знания в истории вооружений были далеки от совершенства. «Фиг его знает, – вихрем пронеслось в голове Сашки. – Может, какие-то первые образцы уже в тридцать третьем испытывали…»
Что такое «моб. танк», Белов не знал.
«Должно быть – мобильный», – решил он и снова взялся за чтение. Опытный завод Спецмаштреста докладывал, что танк Т-34 прошел испытания вполне успешно. Особое внимание заводчане обращали на использование в производстве автомобильных агрегатов и легкость переналадки технологических линий на выпуск военной продукции. Это несколько насторожило Александра, но, поразмыслив, он пришел к выводу, что понятия не имеет о технологии производства «тридцатьчетверки», а потому не может судить о целесообразности применения автомобильных узлов в танкостроении.
Да и вообще: где-то он читал или слышал, что американские «шерманы» – не самые позорные танки на свете! – производили как раз на автомобильных заводах. И ничего, на них потом полмира еще лет тридцать воевало!
Вдохновленный такими рассуждениями, Сашка перевернул лист и замер. Карандаш медленно падал у него из рук на чертеж странного маленького уродца, с единственным пулеметом в явно одноместной башне.
– Это что за хрень?!!
Александр взвыл.
Так воет, кричит и рвется попавший в капкан снежный барс. В дверь тут же ворвалась Светлана. Ей строго-настрого запретили мешать Саше в библиотеке, и в случае нарушения ее ждало суровое наказание: Иосиф Виссарионович был скор на расправу. Но услышав такой вопль, девочка плюнула на все запреты и все наказания и влетела в комнату маленьким взволнованным метеором.
– Саша, что с тобой?! Ударился?! Где болит?! – затараторила она, готовясь прийти на помощь.
