Командовали операцией генерал Ланц и корпусной комиссар Белов-Сталин…
– А итальянцы?!! – раненым медведем взревел Муссолини, вскакивая из-за стола. – Cazzo di caccare![395] Там что, не было наших солдат? Ни одного долбаного итальянского солдата?!
– О нет! Нет, дуче, – зачастил Дольфин. – Как же я мог не сказать вам: там ещё был взвод наших парашютистов…
– Va fa’n’fica, imbecille![396] – заорал итальянский лидер и с такой силой хватанул кулаком по столу, что было явственно слышно, как треснули ножки невезучей мебели.
Он схватил со стола графин с водой и, не озаботясь стаканом, в три глотка осушил его прямо из горлышка. «Какие скоты! Какие скоты! Взяли с собой два десятка итальянцев, чтобы продемонстрировать „братство по оружию“! – Муссолини с силой стиснул виски и чуть не завыл волком. – Это всё молодой Сталин! Вот так: ткнуть носом в полное неумение воевать! Хитрые Сталины: старший велел – младший сделал!..»
– Срочно послать благодарственную телеграмму Сталину, – дуче резко успокоился и теперь холодным рассудочным тоном отдавал приказы.
– Немедленно телефонную связь с Сарфатти и Де Векки! Исполнять!
А через минуту он уже твёрдо диктовал в трубку: «Приказываю ускорить подбор кандидаток для известного вам объекта. …Сколько подобрали? …Четверых? Мало! ещё две-три на всякий случай! Вдруг у него не северный, а южный темперамент… Что?! Расскажите мне ещё про католическую мораль, idiota[397]! Я был немногим старше, когда ко мне приводили сразу троих! И – клянусь мадонной! – они выползали от меня на подгибающихся ногах!.
.»
Белов проснулся, когда утро уже вовсю светило в окно комнаты, освещая и цветастый ковёр, устилавший пол, и небольшой столик из резного дерева, на котором стояли графин с водой и хрустальный бокал.
Когда Александр вышел, то сразу был захвачен армейской суетой, царящей в здании. Завалы у окон уже разобрали и комнаты были приведены в более-менее пристойное состояние.
– Проснулись? – полковник Роммель с радушной улыбкой пожал руку Александру и качнул головой влево: – Если хотите позавтракать, в столовой уже кормят.
– Да, это было бы своевременно, – Александр кивнул. – А ещё принять душ и переодеться.
– О вас спрашивал генерал Боно. Всё никак не может опомниться от того, что столь молодой человек всего с тремя сотнями головорезов захватил столицу и фактически закончил войну. Представляете, они даже химические снаряды привезли…
– А вот это совсем зря, – Александр нахмурился.
