Сын своего отца

Чуток попозже.

Иначе всё же начнется истерика.

Слава отвела руки от лица и села.

Обстановка точно не в тюремной камере. Наоборот, находится в очень хороших условиях. Добротная мебель из дерева говорила о многом. Что это? Кедр? Дуб?

Слава не спешила оглядываться по сторонам. Потому что внезапно проснувшаяся интуиция обострилась до предела.

Девушка в комнате находилась не одна. Ощущение чужого присутствия обрушилось молниеносно. Сразу по всему телу побежали мурашки, и создалось впечатление, что даже самые мелкие волоски встали дыбом.

Как у дикой кошки, готовой защищаться. Слава замерла. Какая вероятность того, что она ошиблась?

Продолжая двигаться замедленно, она спустила ноги, поморщившись от дискомфорта внизу живота.

Атмосфера в комнате накаливалась, тяжелела. Слава опасалась голову повернуть в сторону.

Он здесь.

Коваль.

Она даже не сомневалась, что в комнате находится именно он.

Последний человек, которого девушка хотела видеть сейчас.

И в дальнейшем – тоже.

Слава не могла объяснить, почему на сто процентов уверена, что в комнате находится именно полковник Коваль.

С другой стороны… Кому ещё быть?

Ведь Слава по-прежнему находилась на базе.

Будь та неладна…

Подняв голову, повернула её чуть вправо.

Чтобы сразу же почувствовать, как грудь сдавливает, точно девушка со всего разбегу врезалась в каменную стену. Хотя… Нечто подобное она уже вчера испытывала, когда пыталась отодвинуть от себя Коваля.

Его грудь и есть каменная стена."

"Мужчина сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и наблюдал за ней.

Сегодня он выглядел более прилично одетым. Серые легкие брюки и такого же цвета рубашка-поло, рукава которой того и гляди пойдут по швам, потому что маловаты они оказались для крепких бицепсов мужчины.

Боже… Какой же он весь… неправильный.

Другого определения у Славы не находилось.

Нет, Коваль, конечно, отлично сложен. Видно, что мужчина много времени уделяет спорту. Вчера тоже выходил с тренировки, откидывал на пол бинты. Она даже знала, для чего они предназначались – защита для рук при боксировании.

Почему она дала ему определение «неправильный»? Потому что, глядя на него, её шальное воображение сразу рисовало картину мужчины в камуфляже и с автоматом. Такому только воевать…

На фото он выглядел иначе.

Или ей так хотелось думать?

А ещё рассказы дедушки про семью Ковалей. Про его учителя, про их разговоры, исследования. У Славы раз за разом рисовался образ порядочного человека. Этакого рыцаря без страха и упрека.