Этот маргит, дурачок, который «многие знал дела, только знал-то их плохо», нам ли, древним городам и славным народам, бояться его?
Слухи, донесения, сообщения, доносы, словно буря, бушевали вокруг Александра. Александр не раз отправлял послов в Афины с уверением в своей дружбе и уважении к существующим вольностям и законам эллинских городов. Все было напрасно.
Александр знал, что говорят о нем в Афинах:
– При Херонее все македонское войско под командой самого Филиппа и старого полководца Пармениона едва смогло победить войска Афин и Фив.
Теперь все эллины объединены, а против них стоит мальчик, не уверенный даже в своем собственном престоле!
Да, престол его еще был шаток, Александр прекрасно понимал это. Не только в соседних странах готовились восстания, но и в самой Македонии было неспокойно. Все еще слышались голоса о том, что у сына Филиппа и Клеопатры больше прав на македонский престол. Клеопатра – македонянка, а мать Александра – чужеземка из Эпира.
– Да еще и колдунья, – добавляли шепотом те, кто боялся мести Олимпиады.
Советники Александра пришли к единому решению: сын Клеопатры должен быть устранен.
Александр выслушал приговор, нахмурясь:
– Что сказал бы на это отец?
– Он поступил бы так же, если бы это грозило расколом Македонии. Потому что Македония была для него дороже собственной жизни. Допустишь ли ты, чтобы погибло все, чего такими великими трудами и кровью добился царь Филипп?
– Что надо делать, Антипатр?
– Ради сохранения Македонии сына Клеопатры надо убить.
Молодая царица Клеопатра сидела тихо, закрывшись в своем гинекее. Муж ее убит. Дядя ее Аттал в Азии. Она слала к нему гонцов, прося защиты, но что же сейчас мог сделать Аттал? Ведь и его в Македонии ждала гибель. Только одно может теперь спасти их всех – провозглашение ее сына царем, наследником Филиппа. В этом у Клеопатры были союзники, на которых она надеялась со страстью отчаяния.
Но тут же вступили в силу зловещие заклинания Олимпиады.
Приговор был произнесен. Маленького сына Клеопатры убили.
Кто еще опасен Александру? Аминта. Тот самый Аминта, племянник Филиппа, у которого Филипп отнял царство. Среди старой македонской знати то и дело возникает это имя. Так какое же право имеет Александр занимать престол Аминты?
Аминта молчал и ничего не требовал. Но требовали другие, которые хотели править Македонией за его спиной.
– Отдашь ли ты им Македонию? – говорили советники Александру.
