Сыщик Бреннер [2 книги]

Меня ударило так, словно лошадь лягнула. Я согнулся от боли, понимая, что мне в очередной раз крупно подфартило — пуля попала в живот, но плащ выдержал удар, и я остался жив.

Выстрелить повторно ни он, ни я не успели. За спиной стрелка ряды ящиков разлетелись в стороны, заставив его нервно повернуться, и в проход шагнуло нечто.

Я не знаю, как назвать этот механизм, но больше всего он напоминал огромного железного страуса, только без головы. Пятнадцатифутовая тяжелая конструкция, возвышавшаяся над ящиками, уверенно передвигалась с помощью двух массивных ног-опор с подвижными суставами.

Корпус механизма, в котором сидел человек-оператор — я заметил бронированное стекло-бойницу для обзора, — по бокам венчали два пулемета Гатлинга.

Когда именно научный прогресс дошел до создания подобного чудовища, я не знал, но мне хватило и практической составляющей — «страус» направил в мою сторону пулеметные стволы и приготовился открыть огонь.

Стрелок, оказавшийся между мной и железным «страусом», поднял левую руку, показывая, что он свой, но было поздно.

Стволы закрутились, и стрелка попросту смело с места, разрывая тело на куски. Как и против «дырокола», против пулеметной атаки защитный плащ оказался бессилен. Да и неудивительно! Двести выстрелов в минуту из каждого ствола — это, скажу я вам, ужасное зрелище.

Меня спасли какие-то доли секунды. Я успел нырнуть в проход, затем быстро проскочил соседний ряд и добрался до угла зала. Там я и затаился, как мышь, укрывшись за очередными коробками, и почти перестал дышать.

Надо смотреть реальности в глаза. Мне конец! Даже если оставшиеся стрелки во главе с Шалимовым и потратят на мои поиски еще десять — пятнадцать минут, в итоге все равно отыщут. И никакой «дырокол» уже не поможет — я просто не успею им воспользоваться: «страус» разорвет меня в клочья своими жуткими пулеметами. Я посочувствовал на секунду стрелку, погибшему столь ужасной смертью.

Удивительно, но даже сейчас, находясь в критической ситуации, я смог абстрагироваться от происходящего и подметить этот нюанс.

Как в отеле «Калина», так и здесь стрелки проявили себя весьма необычно и, я бы сказал, пугающе — они совершенно не заботились друг о друге. Создавалось впечатление, что их самих не слишком волнует, останутся они живы или нет. Стрелки погибали, не издав ни звука.

Я внезапно сообразил, что вообще не слышал от стрелков ни одного слова. Даже тут со мной говорил один Шалимов. Странно.