Сыщик Бреннер [2 книги]

 — Вот карта центра, я отметил вашу позицию. Оттуда прекрасный вид на площадь. Все, что потребуется, это произвести несколько выстрелов… там на крыше спрятана винтовка. До места вас проводят.

— Разве это не мог бы сделать любой другой человек? Зачем вам именно я?

— Перед выстрелами вы свяжетесь с Семеновым и припугнете его. Зная вас, он пошлет на захват своих лучших людей, тем самым дав Серафимову дополнительный шанс. Нельзя пренебрегать ничем, даже мелочами. Сегодня решается судьба страны!

Как бы пафосно это ни звучало, но он был прав.

От сегодняшнего дня зависело все. Если план Серафимова удастся, то страна может быть ввергнута в гражданскую войну и уж точно сильно пошатнутся наши международные позиции. И если при этом император будет арестован и предан суду… это покажет его уязвимость, его обычность… а с обычным человеком и поступить можно как обычно. Например, казнить…

Я все это понимал и несколько раз кивнул, показывая, что разделяю его тревогу и волнение.

— Дитти, я хочу пить! — неожиданно сказал Адди.

Интересно, как звучит его имя полностью? Адальберт? Адалард? Адельхард?..

Кречетов молча подошел к стоящему на комоде графину и налил стакан воды. Адди выпил, громко причмокивая от удовольствия, и потребовал еще. Товарищ Ястреб беспрекословно поднес ему вторую порцию. Со стороны казалось, будто слуга выполняет приказы своего молодого хозяина. Но, зная крутой нрав Кречетова, сложно было представить, чтобы он согласился на подобную роль. Каким же особым умением обладает этот странный, неприятный ребенок?.

.

— Дитти, я хочу играть! Где мои солдатики? — Вот теперь Адди выглядел на свой возраст. Вся его внешняя рассудительность куда-то испарилась, он показывал свой настоящий характер.

— Мы не успели захватить их с собой, я же говорил… — извиняющимся тоном напомнил Кречетов.

— Я хочу моих солдатиков! Сейчас же! — Адди уже не говорил — кричал, громко и требовательно.

Я терпеть не могу детей, а капризных — вдвойне, поэтому не посчитал нужным особо церемониться.

— А ну-ка тихо! — гаркнул я, да так, что Адди от удивления икнул.

 — Никаких солдатиков, никаких игр! Дети должны учиться. Сейчас ты пойдешь знакомиться со своими учительницами. Слушаться их беспрекословно! Это ясно?

Я взглянул на ребенка так строго, как только мог. Наверное, зря я с ним так. Моя личная подспудная неприязнь еще ничего не значит. Мало ли кто мне не нравится. Тем более передо мной лишь шестилетний мальчик. Но так было принято воспитывать детей, в строгости и послушании.