Сыщик для феи

Жалостливые всхлипы, зубы, стучащие о край стекла, – все актерство, сплошное актерство! Стоп! Господи, как же я сразу не подумал – стакан! Когда я выходил из кабинета, он стоял на столе. На нем должны были остаться весьма четкие следы. Я захлопнул папку и выхватил из гнезда телефонную трубку. Пять цифр номера, и знакомый голос секретарши в динамике вежливо произнес:

– Алло, добрый день. Детективное агентство Виктора Клинского всегда готово прийти вам на помощь.

– Шеф, я все сделала, нотариуса нашла. Он сперва отпирался, говорил, мол, служебная этика запрещает и все такое прочее, но я намекнула, что это нужно Олегу, а он у Ратникова запчасти для «форда» берет.

Сознался, что акт покупки дома регистрировал и ближе к вечеру тебя, шеф, ждет в гости.

– Умница! – похвалил я расторопную сотрудницу. – Другое мне скажи, ты посуду вымыла?

– Конечно, – гордо созналась аккуратистка. – После обеда ее не так уж много…

– Я не об этом! Ты стакан, который у меня на столе стоит, забрала?

– Н-нет, – удивленно отозвалась Ксюша.

 – Ты же сам велел к столу без тебя не приближаться. Но если надо, сейчас помою.

– Ни в коем случае! – заорал я, точно намеревался докричаться до офиса, минуя телефонную сеть.

Вадюня покосился на меня с недоумением.

– Клин, ты че, в натуре?

– Ксюша, пусть все стоит, где стоит. Сейчас приеду.

– А что, в бокале яд? – пискнула ошарашенная натиском соседка.

– Ксения, что ты морозишь?! Ты же сама в него воду наливала. Жди и ничего не трогай!

Я мчался в офис, точно он мог с минуты на минуту отбыть в неизвестном направлении, но, слава богу, к моему приезду здание все еще находилось на месте, кабинет был в целости и сохранности, и прозрачная стеклянная емкость гордо возвышалась посреди столешницы памятником человеколюбия.

В следующую минуту, достав из-под стола заветный чемоданчик со всем необходимым для экспресс-экспертизы, я уже подобно трудовой пчеле опылял «вещественное доказательство» спецсоставом, проявляющим следы папиллярных линий.

– Та-ак! – проговорил я, когда на поверхности стакана не осталось ни одного квадратного миллиметра, не подвергнутого пристальному осмотру. Потом вновь повторил, не находя слов для выражения обуревавших меня чувств: – Та-ак! – Потом завопил, пугая подглядывавшую в щелку Дашку: – Ксюша, немедленно сюда!

Переполошенная секретарша примчалась на крик, вытирая руки об изношенный фартучек.

– Вить, ты чего разорался!

– Ксеня, дай-ка пальчики.