Сыскари

Плюс в его автомобиле обнаружены наркотики и оружие. Плюс кафе «Арарат», где, похоже, целое осиное гнездо…

– Он дал показания? – резко спросил Орлов.

– Ну-у… Не совсем, – замялся Крячко.

– Понятно. Значит, совсем не дал, – отрезал Орлов. – А вам известно, уважаемые, что адвокат этого типа уже подал протест, и, скорее всего, гостя из солнечного Тбилиси уже сегодня выпустят на свободу?

– Бред какой-то! – возмущенно воскликнул Крячко. – Он в меня стрелял! Какой протест?

– А свидетели? – ядовито спросил Орлов. – Кто может подтвердить твои слова? Насколько мне известно, свидетелей не имеется.

В кафе вообще никто ничего не видел, ты взял безоружного человека. Где его пистолет?

– Он его сбросил, – хмуро сказал Крячко. – Но мы его найдем.

– Так же, как наркотики в машине? – презрительно спросил генерал. – Можете, кстати, засунуть их себе в задницу, потому что процедура изъятия была оформлена ненадлежащим образом. Ни один суд не примет этих доказательств во внимание.

– Это мужики из местного отделения лажанулись, – со вздохом сказал Крячко.

 – Пока я с этим гадом возился…

– Вот и получается, что ничего у нас на этого человека нет, – заключил генерал. – Стрелял один ты, машина не имеет к Нодару Саная никакого отношения, наркотики тоже. Получается, что ты напал на мирного человека, подвергал его жизнь и жизни окружающих людей смертельной опасности, а потом произвел незаконное задержание и оказывал давление на допросе…

– Ну уж тут вот! – сказал Крячко, в сердцах изображая неприличный жест.

 – Не было никакого давления. У меня на этот случай тоже свидетели имеются.

– Ладно, здесь адвокат, пожалуй, погорячился. Давление исключаем, – неожиданно легко согласился Орлов. – Значит, и выходит у нас с тобой ничья. По нулям, так сказать. Законопослушный гражданин Республики Грузия, гость нашей столицы Нодар Саная выходит на свободу и делает нам ручкой. Очень милая картинка.

– Ничего катастрофического, – вставил Гуров. – Нужно просто повнимательнее присмотреться к бизнесу, которым занимается тут Саная.

Раз привык таскать с собой ствол, значит, не все так просто."

"– А я разве сказал, что просто? – вдруг разозлился Орлов. – Сложно! Как раз все сложно, уважаемые! Если ваш Саная и имел какое-то отношение к господину Вольнову, то теперь об этом можно забыть. Теперь он заляжет на дно или, еще чище, укатит к себе в Грузию.

– Ну, все не укатят, – возразил Гуров. – Он же был в машине не один. И в кафе тоже. И вообще, кафе с собой в Грузию не повезешь.