Табор смерти

Обрадуй Инну новой отлучкой от семьи…

Инну Ломов знал хорошо. Его жена работала врачом в городской больнице номер три, где Васина была медсестрой. Между женщинами сложились теплые дружеские отношения, так что они имели возможность в свободное время перетирать мужьям косточки и обмениваться сплетнями по разному поводу.

– Ох, достанется же тебе на орехи, путешественник, – усмехнулся Ломов с доброй иронией.

– Нет, – возразил Васин. – Не достанется. Инна понятливая.

У Инны на самом деле было принципиально важное качество для офицерской жены.

Она могла спорить, демонстрируя скептицизм и неудовольствие по второстепенным вопросам. Иногда язвительно и довольно больно колола Васина за то, что тот забыл купить молока или хлеба. Но никогда не говорила ни слова против служебных дел мужа. «Так надо» – это было для нее святое. С этим «так надо стране» ушел на фронт отец, хотя мог остаться по брони. С этим «так надо людям» надрывалась на заводе в войну мать, теряя здоровье. Эти слова были святыми.

Васин часто вспоминал, как попал в МВД по комсомольской путевке.

Он любил завод, свою работу, свой станок, коллектив. Но на бюро райкома ему сказали: «Это надо партии». И направили на работу в милицию.

Получив первую зарплату, принес ее жене. Она спросила: «Это аванс?» Он объяснил, что в милиции платят раз в месяц. У постового милиционера зарплата была шестьсот рублей – как раз чтобы не помереть с голоду. На заводе он получал почти в три раза больше. Но ведь ему поручили. Ему доверили. А деньги… Ну он же советский человек, чтобы мерить все на деньги.

– И зачем такая работа? Как жить-то? – грустно спросила Инна.

– Пойми, так надо. Не мне – партии, стране.

Она только вздохнула:

– Ну что ж. Не всем в меха и атлас одеваться. Проживем как-нибудь.

Вот такая у Васина была жена. И он страшно гордился ею и считал, что вытащил счастливый билет в лотерее жизни. Ему прямо по сердцу ножом, когда он вынужден был ее расстраивать. Но тут уж ничего не поделаешь – такая работа у опера.

– Вот, – Апухтин полез в стол и вытащил коробку «Шоколадный набор „Красный Октябрь“». – Передай подарок будущей следовательнице. В знак сотрудничества.

– Но как же? Они же столько стоят! – смутился Васин. – Я не могу.

– Ой, да не делай мне смешно, товарищ Васин. Это из моего прокурорско-генеральского спецпайка. Я конфеты не ем. А вот твоей Ксюше сладкое требуется, чтобы мозг развивать. Следователю он необходим, – хмыкнул Апухтин. – Хотя не каждому, конечно.