Табу на любовь

— Ты самая лучшая у меня!

— Так другой у тебя и нет, — хохотнула бабуля. — Ты, Мария Геннадьевна, единственная моя отрада на старости лет.

— Это тебе карты подсказали? — подмигнула я.

— О, нет! — фыркнула бабушка. — Карты говорят, что у твоего суженого сердце свободное, а воля твердая. Кремень мужик. И не согнешь так сразу. Это пока. До встречи с тобой.

— Конечно-конечно! — смеясь, закивала я. — Как же меня такую замечательную и не любить?

Бабушка разложила пару карт, нахмурилась, взглянула на меня.

— Страдать будешь. Тяжелый он человек. И завистников много у вас двоих, потому что любовь будет дикая, — бормотала бабуля, а я обреченно вздохнула.

Боже, и где только черт носит эту мою «дикую» любовь?

— «Дикая»? Это как? Он что, родом из вымирающего племени? — хихикнула я.

— Ты узнаешь его, Раттана. Сердце подскажет, — назидательно улыбнулась бабуля. — А Дашку не слушай. Она дура редкостная, и ядом знатно плюет.

— Ба, вообще-то она твоя внучка, — словно по секрету сообщила я бабуле.

— Кофе неси! Карты не все сказали. А вот кофейная гуща не врет! — решительно кивнула моя любимая старушка.

— Так карты вроде тоже не врали? Или они под кофе только правду говорят? — заметила я, убирая грязные тарелки со стола.

— И в кого ты такая вредная, а? — бабушка в шутку шлепнула меня колодой по мягкому месту, куда смогла дотянуться.

— Жаль, что не в тебя, — подмигнула я старушке.

Бабушка покачала головой, словно осуждала меня. Но я знала: моя старушка меня любит. Как и я ее.

На самом деле Евдокия Руслановна не являлась моей родственницей. Формально. Но я всегда считала ее своей бабушкой. И другом. Ведь меня воспитала именно она.

Парадокс, но бабушка была матерью моей мачехи. Жила в усадьбе Несторовых и лишь изредка покидала ее границы. На территории усадьбы у бабули был свой домик, отдельный. И если вдруг отец требовал моего присутствия на семейных праздниках, то я ночевала у бабушки.

У меня было два брата, которые слонялись от безделья по всему свету. Была сестра, которая пусть и вела свой бизнес, но тоже не брезговала деньгами нашего отца. Была мачеха, которая меня откровенно ненавидела по одной простой причине: я являлась живым напоминанием интрижки отца и тайской студентки.