Табу на любовь

Вернее, на полку с двумя зубными щетками и круглую банку крема. Все-таки девчонка оставила свои вещи в моем доме. И это оглушало.

— О, опять подвис? Я два дня наблюдаю это паломничество к зубной щетке. Стоишь вот так по полчаса. Зубами скрипишь. Не задолбался? — протянул мелкий насмешливо, я же шумно выдохнул, на миг зажмурился до рези в глазах и схватил зубную щетку и крем.

Вещи Ратти жгли кожу насквозь, точно каленым железом. Швырнул их в мусорное ведро, а сам встал под ледяной душ.

— Ладно. Весело у тебя здесь.

— Кому? — процедил я.

— Машеньке. Но вообще-то она не Маша, а Раттана. Маша она только по паспорту, — радовался Прохор хрен понять чему, я же заставил себя молчать и не двигаться.

Ратти. У нее теперь своя жизнь. Свободная от меня.

Брат ушел. А я выпил кофе и помчался в офис. Работа сама себя не сделает.

— Ты замечательно выглядишь, Ратти! — веселой улыбкой встретил меня высокий молодой человек в холле ресторана.

— Взаимно, — вежливо улыбнулась я.

Я не хотела идти на встречу с молодым человеком, несмотря на то, что наше с ним общение в день знакомства прошло позитивно и интересно. Но он позвонил, попросил о встрече. Я сомневалась. Заплаканные, покрасневшие глаза и распухший нос, ставшие моей визитной карточкой за последние двое суток, — не самое приятное зрелище.

Однако бабушка, появившаяся на пороге моей квартиры ранним утром, настояла.

— Жизнь не закончилась, Ратти! — заявила моя старушка. — И потом, карты не врут! Твой мужчина все еще тебя ждет.

Я не стала спорить и утверждать, что после недели, проведенной с Львовским под одной крышей, даже думать не могу о других мужчинах. Впрочем, как и самом Романе.

Но пришла. И теперь, глядя на парня, ждала, когда он начнет разговор.

— Послушай, Прохор, — начала я первой и отвела взгляд от пристально смотрящих на меня глаз молодого человека: — Из меня сегодня собеседник не самый хороший. По телефону ты сказал, что у тебя важный разговор.

— Хорошо, — кивнул Прохор и попросил официанта принести для меня чай, а себе кофе. — Постараюсь быть кратким. Пожалуй, начну с моего деда.

— С деда? Точно не с прадеда? — не смогла не рассмеяться я.

Интуиция нещадно твердила, что разговор с Прохором мне не понравится. Однако я уже пообещала выслушать молодого человека и не собиралась убегать.

— К сожалению, прадед ничем не знаменит, — подмигнул Прохор. — В общем, так.