— Прямо чудеса исцеления какие-то! Антонина, если мне не изменяет память, сейчас ты должна обниматься исключительно с унитазом! А она мне… не изменяет!
Глава 27
Юля чертыхнулась, мгновенно вспомнив о его существовании.
А Тоня… Тоня вздрогнула всем телом от одного лишь звука его голоса и машинально перекрестилась. Побледнев до состояния больничной простыни и изумленно вытаращив свои глазищи, она напряженно прокаркала:
— Это… ты тоже это слышала? Или у меня уже от страха глюканы начались?
Горько усмехнувшись, Попова отрицательно покачала головой:
— Нет!
— Что «нет»?
— Не глюканы…
Нервно сглотнув, Муравьева медленно развернулась лицом к Каримову.
Юля последовала ее примеру и устремила на мужчину встревоженный взор.
— Марат Евгеньевич! — (явно на эмоциях) глупо хихикнула Тоня. — Вот так… ну надо же! Добрый вечер… ночь… э-э-э… утро… или что там у нас сейчас?
В тот же миг Попова обнаружила, что за ними с невероятным интересом наблюдают абсолютно все присутствующие за столом люди.
Похоже, их искренне забавляла сложившаяся ситуация.
Словно предвкушая грандиозное представление, все (включая даже жену Назимова) иронично улыбались, ожидая дальнейшего развития событий. Серьезнее всех в данный момент выглядел сам Серп. Его взгляд оставался холодным, сосредоточенным и острым, как лезвие бритвы.
— Добрый-добрый! — отозвался он с присущей ему надменностью. — Как самочувствие, Муравьева? Как протекает твое отравление? Не тошнит?
— А? — заторможенно уточнила Антонина.
— Хм… да все уже! Выздоровела!
— Да что ты? — протянул Серп с издевкой. — Так быстро? За несколько часов?
Юля с тревогой покосилась на Тоню. Та в свою очередь судорожно втянула кислород полной грудью и выпалила срывающимся от волнения голосом:
— Пара ложек полисорба перед свиданием… творят чудеса и…
— Ты соврала мне! Глядя прямо в глаза! И прогуляла две лекции!
— Марат Евгеньевич…
— Ты же понимаешь, что это значит? — прозвучало непреклонно.
— Пропуск по вашему предмету?
— Вообще-то, два!
Тоня пошатнулась, бледнея еще больше. Теперь ее почти фарфоровая кожа практически сливалась с ее светлыми волосами.
— Нет-нет-нет! — ярый протест. — У меня есть справка!
— Какая еще справка, Муравьева? Симулянтам справок не выдают!
— Справка об освобождении на один день. Я ради нее кровь сдавала.
