Я пока еще в своем уме! Мне вообще ничего от вас не нужно. Ясно? И если действительно хотите помочь — просто не мешайте!
Пауза. Гневный прищур. И властное:
— Твои трудовые будни в клубе окончены!
— Нет!
— Да, Юля! — твердо, с нажимом.
«Боже! Дай мне сил!»
Она медленно поднялась на ноги и скрестила руки на груди:
— Простите, но я не понимаю, почему вообще должна обсуждать с вами свои решения. Это моя жизнь. Мой выбор. И вас он не касается!
— Ты разве еще не поняла? Меня касается все, что касается тебя, пташечка! — сказал как отрезал.
— Включая еще кое-что…
Удерживая Юлю в плену своих пылающих глаз, Серп приблизился почти вплотную. Встал так близко, что она невольно попятилась назад, упираясь бедром в его рабочий стол. Часто-часто дыша, уставилась на профессора исподлобья, ожидая… да чего угодно. И не зря.
В следующий миг мужчина склонился к ее виску:
— Неужели правда девственница? — зомбирующий шепот прямо на ухо.
Шепот, от которого нервная дрожь прошлась по спине. Юле стало жарко.
— Не… не ваше дело! — промямлила смущенно.
Уголки его рта едва заметно дрогнули.
Глаза посоловели, засверкали лихорадочным блеском.
Из горла вырвался тихий хрип:
— Мое, малышка! Мое!
Так протяжно. Так трепетно.
У Юли дыхание перехватило, и внезапно голова пошла кругом.
От его близости. От его тепла. От его сумасшедшей энергетики.
Особенно когда Каримов, не мигая, уставился на ее губы.
* * *От его голодного взгляда ее сердце толкнулась о ребра с чудовищной силой.
Будто рвалось наружу. Будто рвалось к нему. Прямо в руки.
Юля прилагала неимоверные усилия, чтобы первой не броситься Марату на шею. Чтобы не поддаться этому порыву. Судорожно втянув легкими спасительный кислород, она машинально увлажнила свои безбожно пересохшие губы. И столь невинный жест стал последней каплей. Каримов сорвался. С тихим утробным стоном он крепко прижал Юлю к себе.
Резко впечатал их друг в друга и принялся лихорадочно шарить руками по ее телу прямо поверх одежды.
Ревностно. Эгоистично. Собственнически.
А она позволяла ему. Позволяла себя лапать и кайфовала от этого как сумасшедшая. Более того, так же жадно лапала его в ответ, просто дурея от этого безумия. Только сейчас девушка осознала в полной мере, как сильно по нему соскучилась. Как дико истосковалась по его прикосновениям.
В какой-то момент профессор усадил Юлю на стол и торопливо вклинился между ее бедер. Сам же застыл в жалких миллиметрах от ее лица.
