Табу

За много лет на службе у Моисея я видел многое, познал горе, познакомился со смертью, безнаказанностью, дуростью и прочими уродливыми качествами человечества. Научили отвечать за слова, научился спрашивать за обещания, но так и не привык к поражениям. А взрыв Моисеева – это и мое поражение тоже! И злился больше на себя, чем на Сизова, не просто злился, а выть хотелось от разочарования. За то, что забыл, в каком мире живу, на кого работаю, запамятовал, каким образом здесь решаются проблемы. Придурок!

– Отпусти, Лазарь! Вы что тут устроили, придурки?

То, что это был рёв Наскалова, я не сомневался, но, несмотря на это не мог остановиться.

Моя злость закипала подобно лаве вулкана. Внутри все шипело и взрывалось, так и, норовя затопить все вокруг, а уши закладывало от бешеного биения сердца.

Все в последние дни шло не так, как было спланировано и намечено. Я мотылялся подобно собачьему дерьму в проруби, за которое все уже давно решено. Почва под ногами потеряла твердость и раскачивалась, как канатка на горном перевале.

– Это мы любовь так выражаем, Босс, – Буба, все это время вальяжно покачивающийся у мохнатой ели, вовремя среагировал, поймав заваливающегося Сизова. – Или как там тебя теперь называть?

– Не перегибай палку-то!

– А чего? Давай все обговорим на берегу? – Буба чуть повысил голос, не отводя от Скалы напряженного взгляда. – Скала? Призрак?"

"– Да вы, как я погляжу, обиделись, девочки мои? – Наскалов аж подпрыгнул от осенившей его мысли.

Лицо его изменилось, спина напряглась, Олег замер, медленно обводя всех напряженным взглядом, наполненным гневно пляшущими языками пламени. – Да? Обиделись, мои крошечки? Нужно было пошептаться с вами, да? Рассказать новости, обсосать новенькие сплетни? Попросить совета, а потом напиться в зюзю до уродливых мужских соплей? Так?  Нет, бл**ь! Этого не будет никогда. Мне срать, как вы будете меня называть, мне оранжево на ваши обиды, единственное, чего я жду от вас – работа. Мне нужно, чтобы наших людей не убивали, не взрывали, а уж если и случилось подобное, то я ожидаю увидеть собранных профессионалов, а не обиженных зайчиков. И запомните, я буду делать то, что считаю нужным, а вы уж потрудитесь быть рядом и брать ваши гребаные телефоны!

Наскалов раздухарился не на шутку. Я знал, что вся эта тирада посвящается мне, знал, что он рассчитывал на поддержку, а самое дерьмовое, что он был отчасти прав.