Таежный снайпер

Уж слишком часто они уединялись с Иваном и обсуждали что-то тет-а-тет. Возможно, Юра принимал товар, а может… Не знаю, – отрезал он. – К чему строить догадки? Вы подозреваете, что смерть Дражайского как-то связана с «Нагаратом»?

– А вы? – парировал полковник.

– У меня возникло такое ощущение, – пальцы рук Митрофанова стали слегка подрагивать от волнения. – Особенно после того, как Дибелович позвонил мне и сообщил о вас. Наших иркутских ментов он не боялся, говорил, что в случае необходимости всегда сумеет подмазать кого надо… А тут такая паника! Очень на него не похоже…

– Где он сейчас? – задал новый вопрос Гуров.

Никакой более ценной информации от Митрофанова получить уже не удастся. Если и остались какие-либо детали, то пусть их выясняют Еремеев и его коллеги.

– Дибелович? Понятия не имею. Он сказал, что сам выйдет со мной на связь в случае необходимости.

– Он может быть в «Нагарате»?

– Может. Почему бы и нет?

– Понятно, – полковник запустил двигатель и решительно тронул автомобиль с места.

 – Значит, так, Павел Дмитриевич… Я отвезу вас в управление и оставлю там на попечение местных блюстителей порядка, а вы, пока мы едем, подробно расскажете мне, как найти этот «Нагарат».

Плечи Митрофанова поникли.

Москва. Улица Октябрьская

Приглядываясь в полумраке салона к цифрам на панели сотового телефона, Крячко набрал номер Нечайкина. Ехать в «Нить Ариадны» не имело смысла, потому как Стас подозревал, что начальник службы безопасности казино к этому времени уже покинул свое рабочее место.

Глазберг еще мог быть там, но сейчас сыщика интересовал не он.

Отвезя Мишаню на свою конспиративную квартиру и тем самым укрыв его от постороннего внимания, Стас созвонился с Орловым и обговорил с ним план предстоящей операции. Случай для этого предоставлялся более чем удобный. При наличии такого свидетеля, как Мишаня, играть в прятки с Нечайкиным и Глазбергом больше не имело смысла.

Крячко решил перейти к решительным действиям. Тем более он осознавал, что в главном вопросе расследуемого дела, связанного с гибелью Дражайского, он не продвинулся ни на шаг. Следствие буксовало на месте. Петр Николаевич одобрил решение подчиненного.

– Алло, – раздался в трубке спокойный голос Нечайкина.

– Это я, – лаконично произнес полковник, не утруждая себя словами приветствия и лишними объяснениями.