Тафгай

Тогда вид заснеженной пустыни произвел на меня ошеломляющее впечатление. Поэтому, когда я выбирала город, в котором начну новую жизнь, я даже не рассматривала южные штаты.

Джо разделяет мою любовь к зиме. Она считает, что снег – это пыльца фей, и мне кажется, ее детские рассуждения не так уж далеки от истины. Есть в этих легких пушистых белых хлопьях что-то волшебное.

Я не удержалась, высунула язык, чтобы поймать несколько снежинок, и едва не прикусила его, когда краем глаза заметила какое-то движение в окне первого этажа.

Проклятье."

"Мистер Вселенная стоял у окна гостиной, держа в руках красную кружку, которая была размером с промышленную цистерну, и пялился прямо на меня. Мое сердце ускорило ритм. Я закрыла глаза и мысленно приказала себе быть профессионалкой.

Контракт подписан.

Часть денег уже лежит на моем счету.

Обратной дороги нет.

Я с шумом выдохнула воздух, который даже не заметила, как задержала, и решительным шагом поднялась по лестнице.

За входной дверью послышались тяжелые шаги, она медленно распахнулась, и я вошла в дом.

Звук низкого сексуального голоса заставил мои колени содрогнуться.

– Доброе утро, Клубничка.

Я повернула голову и едва не простонала, когда увидела стоящего передо мной Эша в одних белых боксерах, плотно облегающих каменные бедра.

Ублюдок явно испытывал меня на прочность.

Мои глаза жадно впились в его искусно вылепленное тело, подмечая каждую новую деталь.

На гладкой массивной груди Эша были вытатуированы две новые разноцветные птицы, которые запутались в колючих кустарниках роз.

Их клювы тянулись друг к другу, словно в поцелуе. Мой взгляд скользнул ниже, на идеальную V, которая притягивала внимание к внушительной выпуклости в его трусах, и я почувствовала покалывание во всем теле. Ноги хоккеиста были отдельным видом искусства: длинные, мускулистые, будто выточенные из камня.

Не предполагалось, что я буду испытывать такие сумасшедшие эмоции, глядя на главного демона своего прошлого, но я буквально сходила с ума.

Иисусе, он был бесподобен.

Возбуждение нахлынуло на меня, как цунами, и я быстро заморгала, отводя в сторону глаза.

«Ради всего святого, соберись, Мерфи. Будь профессионалкой!».

– Доброе утро, мистер Сандерс, – я сняла куртку и повесила ее на свободный крючок среди целого ряда верхней одежды, от ярких красок которой рябило в глазах.

– Мистер Сандерс? – его светлая бровь насмешливо изогнулась. – Встала не с той ноги?

– Простите, не понимаю, о чем вы.