Тебе нужно просто глубоко дышать носом и сосредоточиться лишь на одной мысли — как доставить удовольствие своему господину.
Снова нежное прикосновение к голове, которое тут же сменяется жестким захватом на волосах. Она только и успевает, что вскрикнуть, когда он с силой сжимает копну ее волос, заставляя поднять голову. Губы непроизвольно раскрываются и он проталкивается внутрь. Теперь он внутри. Смотрит потемневшим, алчным взглядом. Дышит через рот со свистом. Ему хорошо.
— Зубы убери и расслабься. От тебя теперь ничего не зависит.
Я буду брать.
Адам действовад жестко. Ника понимала, что если бы она правда не смогла отпустить ситуацию в своей голове и пыталась бы сопротивляться, это бы было очень больно, даже травматично. Он входил по самое горло, то и дело заставляя ее закашливаться. И все же его утробные стоны и искаженное лицо заставляли ее получать какое-то дикое, животное удовольствие от его бесцеремонных действий.
— Ника, девочка моя… — шептал он самозабвенно и после серии порывистых толчков излился в нее.
Она не помнила, что было дальше. Только в какой-то момент поняла, что лежит на кровати. Ее руки были все еще в наручниках и затекли, но он не спешил ее отпускать. Планомерный прохладный поток воздуха из кондиционера приятно ласкал кожу. Она не сразу поняла, что под бедрами у нее лежала внушительных размеров подушка, делающая ее попку выставленной для него.
Почувствовала тепло тела мужчины. Адам был на ней. Вернее, она лежала между его ног. Он же нежно поглаживал ее круговыми движениями.
"
"— Ай, — вскрикнула она, когда почувствовала его укус на своем плече. Дернулась. Минута — и это же место опалило его горячее дыхание и такой же горячий поцелуй. Он делал так много-много раз, опускаясь все ниже. По лопаткам, позвоночнику, пояснице, ягодицам. Когда был совсем низко и лизнул ее между ног, она не выдержала и резко выгнулась с болезненным стоном. Разожженное, подобно углям, им желание в ней готово было взорваться.
Но Адам не спешил. Небольшая пауза.
И тут же она почувствовала нежное прикосновение к коже. На этот раз масляное. Комнату наполнил утонченный аромат. Это роза, она знала безошибочно. Ни с чем ей не перепутать этот аромат. Адам эротично и умеючи втирал в нее эссенцию красоты и любви. И она послушно отдавалась ощущениям. Когда все ее тело было тщательно промассировано и умаслено, он собственнически сжал ягодицы.
— Сейчас нам предстоит небольшой опрос, Ника. — снова пальцы между ног.
