Тайна фанатки

И все же я не знаю, почему удивлена. Я помню, как сказала ему, что они бы поладили, если бы встретились. Почему я была так слепа, почему не поняла, что это один и тот же человек?

Я перечитываю каждое сообщение, анализирую каждое слово, пока не начинаю истязать себя изнутри. Только когда Хэлли прочищает горло, я осознаю, как долго провалялась без движения.

– Ты сегодня планируешь выйти из укрытия? – спрашивает она. Ее голос приглушен одеялами, которые все еще накрывают меня с головой.

– Сейчас только шесть утра, – ворчу я в свое оправдание, и она смеется, поднимаясь со своей кровати и направляясь ко мне.

– Да, и ты уже несколько часов валяешься и слишком много думаешь, Венди. Пришло время взглянуть правде в глаза.

После этих слов она сдергивает с меня одеяло и поворачивается ко мне лицом со своей жизнерадостной улыбкой.

– Ненавижу тебя! – огрызаюсь я, от чего ее улыбка становится только шире. Хэлли плюхается рядом со мной.

– Нет, не ненавидишь, – поддразнивает она, но затем ее улыбка сменяется серьезностью, и Хэлли окидывает меня взглядом.

Слезы наворачиваются на глаза в миллионный раз, и я качаю головой.

– Нет, – шепчу я срывающимся голосом. – Я причинила ему боль, Хэлс. Реальную боль.

Даже произнося эти слова вслух, я слышу в своем тоне легкое неверие.

– Я знаю, детка, – она смахивает одну из моих слезинок, по мере того как они продолжают литься, и я думаю, что если бы ее не было здесь, со мной, я бы совсем расклеилась.

– Ничего, если мы поедем домой? – спрашиваю я, умоляюще глядя на нее.

Хэлли прерывает меня мягким прикосновением к руке.

– Конечно, поехали. Я когда угодно готова нарушить любые планы ради тебя, ты уже должна бы это знать, – мягко упрекает она меня с улыбкой, вскакивая на ноги. – Давай-ка соберем наши шмотки и свалим отсюда.

Она начинает отходить, чтобы приступить к сборам, но тут я хватаю ее за руку и притягиваю к себе, чтобы обнять.

– Я люблю тебя, Хэлс, – шепчу я ей в волосы и чувствую, как ее тело напрягается от нежности, но вскоре она расслабляется и тоже обнимает меня.

– Я тоже люблю тебя, детка.

Следующие тридцать минут мы проводим, носясь друг за другом по комнате, принимая душ, одеваясь и собирая чемоданы. К тому моменту, как мы готовы выселяться, время приближается к семи утра, и я осознаю, что хочу сбежать отсюда до того, как проснется кто-нибудь из команды. Эта мысль погружает меня в панику, когда раздается резкий стук в дверь.