Тайна гувернантки

— Да, он учился, говорит, что это его призвание.

— Это же Ричард. Ему не мешают подобные мелочи. К тому же он третий сын в семье; два его сводных брата значительно старше, именно они занимаются вопросами управления семейным состоянием, ну, а Ричард получает свой доход с принадлежащих ему земель и делает что вздумается. В Брайтон он приезжает, так как там подобные случаи не редкость, а Ричард — отличный хирург. Я дважды видела, как он оперирует. — Кейлин вздохнула. — Во второй раз, к сожалению, это случилось из-за меня.

Она разговорилась, раскраснелась. Кейлин нравилась Эмбер все больше и больше. Не влюблена ли она в лорда Мэнли? Вон с каким удовольствием о нем говорит. Эта мысль неприятно уколола; не было времени разбираться отчего.

— Как же такое могло произойти? — спросила Эмбер.

— Вы ведь заметили, что Ричард хромает?

— А что он уже успел вам рассказать?

— Нечто невразумительное, — созналась Эмбер. — Про падение с лошади, с лестницы или, если меня не устроят два предыдущих варианта, — бегство с балкона при явлении разъяренного мужа одной сговорчивой девы.

— Ричард в своем репертуаре. Конечно, все было совсем не так. Это произошло два года назад, глубокой осенью. Мы с Кеннетом рассорились, что случается очень редко; Ричард в то время был у нас в гостях. Я сказала, что немедленно уезжаю в Фэйрхед-Мэнор, велела подавать карету и ушла. Ричард отправился со мной, сказав, что не отпустит одну. И как в воду глядел: через пару часов езды на нас напали, на глухой проселочной дороге. Негодяев было двое.

Один застрелил лакея, второй ранил кучера. Ричард велел мне не высовываться, взял что-то из своего медицинского чемоданчика, который постоянно возит с собой, да и был таков. Я ничего не видела, слышала только, как стреляли и чертыхались. Потом появился Ричард, он еле шел, однако отыскал в себе силы погрузить в карету раненого кучера и велел мне не паниковать, дескать, сейчас доедем до ближайшей деревни, там разберемся. Не знаю, что он сделал с теми людьми. Убил, наверное. Он сел на козлы, мы добрались до поселка, где отыскалась гостиница. Ричард немедленно потребовал комнату, горячую воду и бренди; положил нашего пребывавшего в беспамятстве кучера на стол и начал оперировать. Извлек пулю из живота. Плохое было ранение, шансов у бедняги оставалось маловато; но я пришла в истинный ужас, когда увидела, что правая нога у Ричарда вся в крови. В него попали дважды, второй раз — прямо над коленной чашечкой. Одна пуля прошла навылет, другая застряла.