Тайна Карлоса Кастанеды. Анализ магического знания дона Хуана: теория и практика

Они смогли увидеть механизм возникновения осознания и разъясняли его так: когда энергетические поля внутри нашего светящегося кокона приходят в соответствие с такими же энергетическими полями снаружи, восприятие становится возможным. Правда, в дальнейшем выяснилось, что понять природу осознания не так-то просто:

"Однако после тщательного рассмотрения стало очевидным: то, что они называли "приведением в соответствие эманациям Орла", не могло полностью объяснить того, что они видели. Они заметили, что энергией наполняется только небольшая часть всего количества светящихся пучков внутри кокона, тогда как остальные остаются неизменными.

Видение наполнения энергией этих нескольких нитей привело к ложному открытию. Нити не нуждаются в приведении в соответствие, чтобы воспламеняться, потому что внутри нашего кокона они те же, что и снаружи. То, что наполняет их энергией, является на самом деле независимой силой. Они чувствовали, что не могут продолжать называть ее осознанием, как они это делали раньше, поскольку осознание — это свечение воспламененных энергетических полей. Поэтому сила, которая зажигает поля, была названа волей.

Дон Хуан сказал, что когда их видение начало становиться все более точным и эффективным, они поняли, что воля — это сила, которая удерживает эманации Орла разделенными и порождает не только наше осознание, но и все остальное во вселенной. Они видели, что эта сила обладает полным сознанием и что она берет начало от тех самых полей энергии, которые образуют вселенную.

Тогда они решили, что намерение — более подходящее слово для нее, чем воля. Однако много веков спустя и это название было признано неудовлетворительным, поскольку оно не отражало ни огромной важности этой силы, ни ее живой связи со всем во вселенной.

Дон Хуан утверждал, что нашим огромным общим недостатком является то, что мы, проживая жизнь, совершенно игнорируем эту связь. Наши житейские дела, наши нескончаемые интересы, надежды, заботы, разочарования и страхи берут верх, и в потоке обыденной жизни мы и не подозреваем, что связаны с чем-то еще.

" (VIII, 104–105)

О чем же идет речь? Что за сила, "наделенная полным сознанием" и все же абсолютно безличная, повсеместно царствует в природе и в нас самих? Нечто, которое нельзя назвать ни живым, ни неживым, распространяет только смутное чувство — переживание связи, слитности всего со всем.