Тайна Карлоса Кастанеды. Анализ магического знания дона Хуана: теория и практика

Чем глубже они уходили в этом направлении, тем более причудливым становилось их тело сновидения… Новые видящие поступили совсем иначе. Они старались удержать точку сборки посередине человеческой полосы. При поверхностном сдвиге такого рода… сновидящий практически ничем не отличается от любого другого человека на улице, разве что немного в большей степени подвержен воздействию эмоций, таких, как, скажем, сомнение и страх. Но стоит смещению точки сборки преодолеть определенный предел — и сновидящий, сдвиг точки сборки которого осуществляется в среднем сечении, превращается в сгусток света.

Такой сгусток света и есть тело сновидения новых видящих.

Он сказал также, что такое безличное тело сновидения в большей степени способствует пониманию и исследованию, являющимся основой всего, что делают новые видящие. В значительной степени очеловеченное тело сновидения древних видящих заставляло их искать такие же личностные, очеловеченные ответы." (VII, 469–470)

Сложности с адекватным восприятием становятся проблемой тем более серьезной, чем дальше заходит в своих экспериментах сновидящий.

Собственно говоря, уже с первых шагов практики сновидения грань между сном и реальностью делается зыбкой, сомнительной, вызывает растущее недоумение и тревогу. Последний бастион разума рушится на глазах — сновидение вторгается в явь, путается с нею, и мир бодрствующего сознания теряет свою скучную, но спокойную определенность. Приближение к Реальности закономерно оборачивается субъективным чувством «потери» реальности, ибо разрушаются фундаментальные структуры, прежде безоговорочно ее обусловливавшие, исчезают границы, пропадают критерии, лишившиеся жизненно важного смысла. Как здесь отыскать опору? Воин "верит, не веря". Воин спокойно свидетельствует эффекты, не увлекаясь ими, и ждет того энергетического порога, за которым его свидетельства обретут практическую неоспоримость, но и тогда он не теряет голову, а осторожно и беспристрастно исследует явление до конца. В целом же его исследование никогда не заканчивается. Беспредельная Реальность требует от него непрерывной бдительности, так что воину суждено навеки остаться воином — впрочем, иной путь в любом случае давно уже потерял актуальность, и воин даже субъективно не имеет выбора. Движение необратимо. Единственный разумный выход — следовать за расширением воспринимаемой Вселенной и не принимать всерьез ни «реальное», ни "нереальное".