И, тем не менее, нам кажется, что практиковать этот интересный метод, опираясь на книги Кастанеды, все-таки возможно. Если же говорить о рискованности подобных занятий, то мы должны заявить со всей убеждённостью, что даже самая исчерпывающая информация не снизит степень риска, ибо в конечном счете все решают две вещи: безупречность и намерение.
"Вызов и общение с ними опасно, ибо никогда не знаешь, доброе или злое начало они представляют."
Кастанеда давно имеет дело с «союзниками». По его отчетам, он впервые увидел «союзника» в измененном состоянии сознания 3 сентября 1969 года после курения «дымка».
В первых книгах вокруг этого понятия довольно много путаницы. Что-то заставляло дона Хуана быть крайне осторожным и уклончивым при подходе к описанию данного аспекта своего знания. Сначала он называет «союзниками» чертову травку и дымок, затем — каких-то загадочных духов, обитающих в глухих чащобах и склонных пугать человека до смерти, ломая вокруг ветки, производя всякие странные звуки и мягко постукивая его по голове и плечам.
В третьей книге выясняется, что союзник может принимать человекоподобную форму и с ним необходимо сразиться, чтобы обрести силу для проникновения в нагуаль. Но в четвертой книге дело приобретает неожиданный поворот, и оказывается, что истинный союзник — это нечто, напоминающее «бабочку», которое может одарить "золотой пыльцой знания". Те, кто не смог прочитать остальные произведения Кастанеды, ничего толком поэтому поводу не поняли. Правда, подлинные специалисты не растерялись.
Например, большой поклонник юнгианского психоанализа Дональд Ли Вильямс в своей работе "Пересекая границу", изданной в 1981 году и основанной на первых пяти книгах Кастанеды (русский подвод — СПб., 1994), выходит из положения просто. Он полагает, что союзник — это "автономный бессознательный комплекс", то есть вынесенный вовне и извлеченный из бессознательного образ, концентрирующий в себе экзистенциальную проблему личности. Мы не беремся судить, достаточно ли ясно представляют себе сами психоаналитики, о чем говорят.
Во всяком случае, это что-то крайне сложное. Когда дело касается снов или галлюцинаций, такое объяснение, конечно, приемлемо. Механизм развития подобного «комплекса» Вильямс описывает так: "Если индивид отгорожен от своего гнева, он может переживать жуткий страх, когда попадает в ситуацию, группирующую (констеллирующую) его гнев. Возможно, во сне он видит, что в самой основе его лежит какая-то ужасающая невыразимая сила.
