Тайна Карлоса Кастанеды. Анализ магического знания дона Хуана: теория и практика

Казалось, они исходили из области, независимой от всего того, что я знаю." (IV, 132) Дон Хуан был очень доволен такими, казалось бы, бесполезными и ничего не значащими происшествиями. Он, безусловно, видел здесь прорывы нагуаля, и потому удовлетворенно заметил: "Наконец-то ты начинаешь устанавливать реальные связи." (IV, 133)

Но мы не должны забывать, что «делание» — это фиксация любого режима восприятия. А потому все оккультисты, стремящиеся к стабильному воспроизведению своих необычных переживаний, вынуждены заниматься «деланием».

Правда, их «делание», как правило, связано с целым рядом странных условностей, для профана лишенных всякого смысла, но ведь и наше «делание» вполне могло бы вызвать изумление у существ с другим устройством перцептивного механизма. Как нам кажется, многие элементы мистического ритуала или приемы оккультной психотехники (вроде работы с чакрами, энергетическими каналами, точками и проч.) представляют собой механизмы, активизирующие определенный тип «делания», культивируемый в данной традиции. В результате полюбившийся способ интерпретации делается устойчивым, внушая адепту иллюзию подлинности избранной им мистической сверх-реальности.

Совсем неплохо, если мы имеем возможность выбирать между двумя или более системами интерпретаций сенсорных сигналов — это обогащает переживание, делает его полнее, разнообразнее, увлекательнее. Опасное заблуждение рождается тогда, когда мы декларируем универсальность какого-либо «делания» или устанавливаем иерархию режимов восприятия.

Для нагуаля любое делание — всего лишь фрагмент, частность. Не имеет значения, какой именно участок безграничного спектра вы выбираете в данный момент. Только свобода выбора может вести к полноте опыта, только она имеет ценность для подлинной Реальности. Каждое достижение на этом пути мы вправе рассматривать лишь как увеличение гибкости, но не в качестве перехода с низшей ступеньки на более высокую — будто бы Абсолют пребывает на вершине некоей пирамиды, а мы последовательно шагаем с одного уровня на другой! Гибкость приближает нас к чистому восприятию, но только через беспристрастную интеграцию опыта, через особое возвышение над любым продуктом тоналя во всяком режиме его функционирования.

При отсутствии выбора жесткая заданность интерпретации порождает уродливые и ограниченные результаты. Любой воспринимаемый сигнал сводится к банальности, какие бы удивительные явления ни стояли за ним.