Тайна мертвого ректора. Книга 1

И в этот момент откуда-то сверху раздался крик.

Савелий поднял голову и с ужасом увидел, как встает во весь рост колдун в одиночной украшенной ложе. Ректор! Постояв мгновение с широко распахнутыми, но, похоже, уже не видящими глазами, ректор начал заваливаться вперед, через низкий бортик с вензелями. Тело начало проваливаться сквозь колдовскую защиту, не пропускающую удары лишь снаружи. По лицу ректора потекла струйка крови. Краем глаза Савелий заметил, что занавес за ним шевельнулся. Див немедленно принял облик человека, чтобы закричать и предупредить хозяина о том, что происходит что-то не то, но внезапно волосы на его затылке встали дыбом.

И тотчас погас, рассыпавшись искрами, ошейник с вензелем Академии, до того сжимавший шею совы. И тогда Савелий завопил срывающимся голосом:

– Демон! – И бросился к хозяину.

Сверху послышался шум. Савелий мельком взглянул вверх и увидел, как выдвинутые вперед ложи втягиваются внутрь, а на их месте образуется ровная стена. Защелкали магические засовы.

Их что же… бросили на арене?

Савелий посмотрел на хозяина. Колдун был бледен. Он тоже понял, что произошло с их экзаменатором.

Но… может, сова просто улетит? Ну пожалуйста, пусть она просто улетит. Демоны часто, не тратя даром времени, обращаются в бегство.

Но нет. Демоническая птица развернулась и направилась прямо к ним.

Савелий увидел, что хозяин поднял руку и завертел пальцами, начиная атаку, а его губы зашевелились. И див понял, что собирается приказать ему Сергей Дмитриевич.

«Беги», – почти услышал он.

А ведь и правда. Зачем погибать вдвоем? На арене куча дверей и лож, и они еще не все успели закрыться. Он быстрый и точно прорвется, сбежит, пока колдун будет отвлекать демона.

Колдун. Хозяин. Сергей Дмитриевич.

Перед глазами замелькали картинки одна за другой. Вот он еще в отеле, корчась от невыносимой боли, умоляет незнакомого страшного дива добить его. И тут же чужая рука вырывает боль у него из живота. А вот он, кутаясь в теплое одеяло, первый раз опускает голову на подушку.

«Омлет и сырники еще не готовы, будешь булочки со вчерашними котлетами?»

И мечта об обоях с розами…

Савелий почувствовал, что руки у него дрожат, а слезы ужаса водопадом льются по лицу.