Тайна поющей змеи

В середине комнаты стоял большой круглый стол, покрытый черной скатертью. Вокруг него за спинками кресел стояло двенадцать человек. Хьюго Ариэль, видимо, занимал место во главе стола лицом к холлу. Кресло перед ним было похоже на трон. Позолоченные деревянные кобры обвивали подлокотники и сплетались на спинке. По правую руку от Ариэля находилась Пат Осборн, вид у нее был удрученный.

Члены братства застыли в ожидании, а комната словно бы наполнилась движением, будто заколыхались волны тьмы. Юпитер сообразил, что эту иллюзию создают от движения ветра драпировки, которыми завешаны окна и стены.

Ариэль переступил с ноги на ногу, все так же стоя за своим троном.

— Итак, братство в сборе, — повторил он. Мальчики и Элли услышали шаги на лестнице.

Между ними и освещенной свечами комнатой мелькнула тень. Кто-то в длинном черном плаще па миг остановился под аркой, потом стремительно вошел в комнату и направился к дальнему концу стола. Сел на трон со змеями, и тут-то ребята в первый раз увидели его.

Если Хьюго Ариэль был бледен, то этот будто из гроба встал. Лицо у него было до того белое, что, казалось, оно излучает свет на фоне черного одеяния, ибо весь он, от головы до пят, был закутан в плащ цвета кромешной ночи. Даже волосы спрятаны под плотно натянутый черный шлем.

Мужчина расправил складки плаща светящимися белыми руками и слегка склонил голову.

Человек на троне дважды хлопнул в ладоши. Хьюго Ариэль ускользнул куда-то, потом появился с подносом в руках.

— Белиал, яви свою милость всем, кто собрался здесь! — произнес человек в черном, взял кубок

— Услышь нас, Молох! — воззвал хор голосов. Мужчина в черном передал кубок Пат Осборн,

которая, казалось, едва сдерживает слезы. Она взяла кубок и проговорила дрожащим голосом: «Белиал, яви свою милость всем, кто собрался здесь», пригубила питье и протянула кубок соседу, а члены братства снова повторили призыв к Молоху.

Один за другим присутствующие просили Белиала о милости, и за каждой мольбой слышалось воззвание к Молоху. Наконец кубок вернулся к мужчине в змеином кресле, и он отдал его Ариэлю.

Ариэль принес маленькую жаровню на четырех ножках и поставил на стол перед мужчиной в черном. Тот поднялся, простер руки над тлеющими угольками и громко воззвал:

— Асмодей, Аваддон, Иблис, обратите на нас свой взор!

Ариэль протянул ему серебряное блюдо.