Тайна, покрытая мраком

Вблизи дом выглядел даже величественно, что я успела отметить, поднимаясь по ступенькам. Дверь чуть приоткрыта. Громко кашлянув, я заглянула в прихожую и едва не присвистнула: огромное зеркало в резной раме, банкетки с ножками из бронзы, кружевные шторы на арочном окне… сплошной антиквариат. И ни души вокруг. Я опять громко кашлянула, надеясь привлечь к себе внимание, и услышала все тот же голос:

— Снимай пальто и сюда иди.

«Ничего себе порядочки в доме», — подумала я, определила пальто на вешалку с бронзовым драконом в основании, сняла сапоги и не без робости вошла в соседнюю комнату, судя по всему гостиную.

В этот раз не удержалась и присвистнула. Такое впечатление, что время остановилось году эдак в семнадцатом. Прошлого века, разумеется. Или я вдруг оказалась в декорациях фильма из той эпохи. Диваны на гнутых ножках, две горки с фарфоровыми безделушками, резной комод, на котором среди прочего лежал веер, кружевной, посеревший от времени, напольные часы, которые как раз в этот момент стали отбивать полдень, я было вздрогнула от неожиданности, но потом порадовалась: пришла я точно в указанное время. Таращась на все это потертое великолепие, я далеко не сразу заметила старушенцию. Она сидела в огромном вольтеровском кресле, которое больше бы подошло какому-нибудь великану из детской сказки, а не сухонькой старушке небольшого росточка со сморщенным бледным личиком в обрамлении желтовато-серых кудряшек. Бабка была затянута в плиссированный ужас розового цвета (теперь-то я знаю: розовый — ее любимый цвет), с широким черным поясом и большим бантом на груди, который делал ее похожей на кошку-копилку. В руке старушенция держала самый настоящий лорнет и разглядывала меня без намека на приязнь.

— Здравствуйте, — пробормотала я, когда наконец ее заметила.

— Привет, — ответила бабка. — Выходит, Костромина Елена Юрьевна — это ты?

— Можно просто Лена, — кивнула я. — А вы Милана Теодоровна?

— Само собой, кто ж еще?

— Очень приятно, — кивнула я, не зная, подойти поближе или стоять в дверях.

— Мне пока не очень, — ответила бабка. — Ладно, заходи, садись и рассказывай: чего делать умеешь?

— А чего надо? — спросила я.

Бабка склонила голову на плечико, убрала лорнет и вздохнула:

— В буйство впадаете? — уточнила я, старушка хоть и похожа на пожилого гнома в гриме, но, судя по всему, могла и удивить.

— Бывает, — кивнула она. — Книжки читаешь? Говори честно. Глаза у меня совсем ни к черту, а почитать люблю.

— Если хотите, я вам аудиокниги принесу.