Тайна поместья Эбберли

Тут ни ограды, ни границы, ни знаков никаких нет.

После кофе с миссис Пайк Айрис отправилась в Тэддингтон-Грин. В деревушке не оказалось ничего примечательного: несколько магазинов на главной улице, маленькая церковь и мемориал погибшим в Великой войне. Айрис купила шляпу с широкими полями, выпуск «Сандэй миррор» и печенье, а ещё поболтала с общительной женщиной в бакалейном магазине, которая сразу же спросила, откуда Айрис здесь взялась, – все здесь знали друг друга. У женщины за прилавком аж глаза загорелись, когда она узнала, что Айрис работает в Эбберли, и видно было, что она с трудом удерживается от расспросов.

Потом Айрис погуляла по садику, разбитому возле церкви, и съела сэндвич. Она сидела на скамье и наблюдала за происходящим вокруг.

Дети, играющие на пыльной улице, женщины, куда-то несущие цветочные горшки или отчитывающие расшумевшихся детишек, сонный мужчина в грязной измятой рубашке, только к обеду вышедший на крыльцо, чтобы забрать бутылки с молоком, старичок со скрипучей тачкой, соседи, обсуждающие через забор футбольный матч… Всё это напоминало о настоящей, обычной жизни, потому что жизнь в Эбберли была совсем другой.

Призрачной. Застывшей. Айрис иногда казалось, что, сидя часами в тишине библиотеки, наедине с тысячами книг и вещами мёртвой женщины, ждущими её возвращения, она начала утрачивать связь с реальностью. Порой она думала, что для обитателей поместья леди Клементина была реальнее, чем эта невидимая Айрис Бирн. Уж для сэра Дэвида точно.

Они жили в одном доме, работали в соседних комнатах, и Айрис не видела его уже три дня: вопреки её представлениям о жизни в таких поместьях, семья не собиралась за столом для завтрака, обеда и ужина. Всем подавали еду в комнаты, и только Айрис иногда приходила попить чай с миссис Пайк и остальными. У неё было немного двойственное положение в доме: она не принадлежала к прислуге, но гостем хозяина тоже не была, так что вполне могла поболтать с миссис Пайк и горничными. А вот поболтать с сэром Дэвидом – нет.

И она вообще не представляла, чем он занимается. Только иногда слышала телефонные разговоры и звонки, а ещё как-то вечером, когда вышла во двор, – музыку из приоткрытых окон его комнаты на втором этаже. Это была песня Бена Кинга, только исполняла её женщина с голосом ясным и чистым, как хрусталь. Сэр Дэвид сам напоминал призрака.

Может быть, поэтому Редбридж и сбежал? В Эбберли было что-то… Нет, не безумное. Что-то поломанное.