Тайна поместья Эбберли

Сэр Джон остался на юге Англии и, по сути дела, жил в кабинете одной из фабрик, которую нужно было срочно переделать под производство снарядов и военной техники. И там, на севере, в крошечной ланкаширской деревушке, мучаясь от вечного холода, с болеющими детьми, Клементина Ситон написала свою первую сказку. За годы войны она сочинила шесть коротких историй. Потом начала писать настоящие повести и романы для детей и жила при этом в уютном Эбберли, но всем запомнилось именно самое начало и зимние ночи в Ланкашире.

Руперта усыновили незадолго до отъезда леди Клементины.

У неё уже был двухлетний сын, заботы о котором она, по слухам, переложила на прислугу, шла война, бомбы сыпались с неба, и среди этого всего Вентворты вдруг решили усыновить ребёнка. Множество детей оставались тогда сиротами, и никого бы не удивило, если бы состоятельная женщина взяла себе на воспитание даже пятерых детей, но именно усыновлять, давать свою фамилию – зачем?

За две недели у Айрис сложилось кое-какое представление о леди Клементине – да и её книги многое о ней говорили.

Она не была доброй или душевной женщиной. Умной, сложной, порывистой, эмоциональной, необычной, но не сердобольной. Она умела быть преданной и благодарной; всем слугам, которые по старости уже не могли на неё работать, она назначала щедрое содержание из своих средств, но это было скорее рассудочное деяние. И вдруг она усыновляет ребёнка. Странно.

Конечно, Руперту Вентворту невероятно повезло. Неизвестно, какая судьба его ждала бы, не возьми его под своё крылышко леди Клементина.

Но тем не менее странно.

Айрис не стала задерживаться с альбомами надолго – ей бы не хотелось, чтобы кто-то застал её трогающей личные вещи сэра Дэвида. Не могла же она сказать, что решила поискать ключи к исчезновению леди Клементины. Сэр Дэвид наверняка вышвырнет её за ворота в тот же день. Айрис почему-то была уверена: ему это расследование не понравится.

В своей комнате она взяла блокнот и стала записывать всё, что ей удалось узнать, даже те детали, которые казались незначительными.

Вдруг они на самом деле важны? Просто сейчас она этого ещё не понимает.

Айрис пыталась обдумать всё, что теперь знала, и соблазн увязать черновик письма с исчезновением леди Клементины и даже с таинственными десятью тысячами фунтов в чеках на предъявителя был очень велик… Но мысли почему-то скатывались к Руперту Вентворту и усыновлению. В них ей тоже чудилась тайна и ложь. Как чувствовалась ложь в истории собственной семьи.