Тайна поместья Эбберли

Маловероятно, что она делала так и раньше. У людей не так уж много тайн. А даже если и делала, то наверняка потом забирала черновики. Но именно этот, самый последний, не успела.

Мысли Айрис снова понеслись дальше – к тому, как письмо станет сенсацией, и даже поможет напасть на след леди Клементины, и…

Айрис заставила себя успокоиться и надеть перчатки. У неё полно работы.

Но, господи, это так невероятно заманчиво! Про неё тоже напишут в газетах. Не то чтобы Айрис мечтала попасть на страницы газет, но, если подумать, ей всегда было грустно оттого, насколько правильной была её жизнь.

Её одноклассницы и однокурсницы крутили романы один за другим, сбегали в Нью-Йорк, соблазняли друзей своих отцов, уезжали на каникулы в итальянские деревушки, позировали обнажёнными для сумасшедших фотографов из Сохо… Она же была другой. Она никогда не чувствовала той скуки, которая толкала других на безумства, а ещё она слишком много думала. Но её не покидала надежда, что даже если она пойдёт своим «скучным» путём, её тоже может ждать что-то захватывающее, необыкновенное – и вот оно, кажется, произошло!

Миссис Пайк как-то упоминала, что знает проверенный рецепт успокоительного чая, и Айрис после ужина решила попросить её приготовить этот чудодейственный чай, потому что боялась, что не сможет уснуть.

Стоило ей перестать думать, о чём могла идти речь в письме, как она начинала думать о будущей газетной сенсации, о том, как отреагирует на письмо сэр Дэвид, сможет ли он пролить свет на суть разговора, о котором шла речь, и так по кругу до бесконечности…

Чай помог ей уснуть, но в час ночи Айрис проснулась и больше уснуть не могла.

Она опять гадала о тайне, которая должна была умереть с леди Клементиной, о том, кому письмо было адресовано, о статье, в которой были собраны все сплетни о Вентвортах, снова о письме…

Внезапно ей стало страшно. Она почему-то представила, как утром приходит в библиотеку, открывает «Оливера Твиста», а между страниц ничего нет. Она перелистывает их снова и снова, но всё тщетно.

Письмо исчезло.

Через полчаса эти тревожные опасения настолько измучили Айрис, что она решила пойти в библиотеку. Она понимала, что никто не похитит листок, который лежал в томике Диккенса уже шесть лет, но понимала и другое: она не уснёт до утра, если не удостоверится, что листок на месте.

У неё не было ничего, чем она могла бы посветить, а включать свет среди ночи она не хотела, так что пошла в библиотеку едва ли не на ощупь.