Тайна украденной рукописи

Для Анны Константиновны не было большего удовольствия, чем вспоминать о пережитом.

– Так о чем мы там говорили? – с готовностью посмотрела она на ребят.

– О Вадиме Леонардовиче, – скрывая изо всех сил нетерпение, продолжала все в том же задушевном тоне Маша.

– О Вадиме Леонардовиче? – произнесла задумчиво бабушка, которую, по всей видимости, сейчас посетили совсем другие воспоминания. – Мы с дедушкой общались и с куда более яркими личностями. Однажды, в сороковых годах, сразу после войны, на приеме в Кремле…

Члены Тайного братства обменялись трагическими взглядами.

– Бабушка! – спешно вмешалась в процесс воспоминаний Маша. – Ты нам ведь про Вадима Леонардовича рассказывала.

– Нет, Вадим Леонардович – это совсем из другой оперы, – досадливо отмахнулась Анна Константиновна. – Не понимаю, зачем он вам?

Маша и Дима знали: иногда бабушка, прежде чем описать какой-нибудь эпизод своей жизни, проигрывает его на слушателях.

– Ну, ты же что-то важное вспомнила, – перехватил у сестры инициативу Дима. – По-моему, речь шла о его научных экспериментах.

– Ах да, действительно, – вспомнила наконец бабушка. – Надо капитану Шмелькову обязательно сообщить, когда он тут появится.

– Ты сперва нам сообщи! – уже открыто потребовала Маша. – Во-первых, нам интересно. А потом мы гораздо больше тебя по улице ходим. Вдруг нам Шмельков раньше встретится.

– Нет уж, – запротестовала бабушка. – Вы тогда попросите его ко мне зайти. Я не привыкла ничего передавать через третьи руки.

– Конечно, Анна Константиновна, – пустился на хитрость Петька. – Мы его сразу же к вам пошлем. Но вдруг он нас спросит, что вы там вспомнили?

– Да, это верно, – кивнула головой Анна Константиновна. – Вам хоть в общих чертах надо знать.

– А я о чем! – решил закрепить успех Дима. – Расскажи нам, какие бумаги были в шкатулке?

– Вам же уже было сказано: что в шкатулке, я никогда не видела, – отозвалась Анна Константиновна.

Дима уже раскрыл рот, чтобы поторопить бабушку. Маша вовремя это заметила и наступила ему под столом на ногу. Сейчас нельзя было ни в коем случае вмешиваться.

Анна Константиновна на минуту умолкла. Она словно бы собиралась с мыслями.