Тайная фаворитка ректора Хаоса, серия 4. Финал (СИ)

Эта мысль и улыбка стоили мне огненного всполоха, пролетевшего так близко, что я почувствовала ожог на виске и запах паленых волос.

Я попыталась отпрыгнуть от привычной ко всему стены и встать так, чтобы позади оказался заваленный бумагами стол — но Зарринга это не остановило. Просто после очередного моего уворота, за спиной заполыхал пожар.

Господи декан боевого факультета в своей тяге к обучению не щадил никого и ничего.

Вслед за столом вспыхнул книжный шкаф с несомненно бесценными инкунабулами, а потом невероятно удобное кресло.

Следующий мой маневр я продумывала практически с самого начала.

Нет у меня времени развлекаться.

Правда, похоже, Зарринг понял, почему я так упорно продвигаюсь к двери.

И просто не дал мне шанса ни на секунду повернуться к нему спиной, чтобы ее открыть.

Пылающие шары летели в меня непрерывной очередью, я только и успевала метаться вправо-влево и приседать.

Пока очередной не полетел мне прямо в лицо, а я не поняла, что на этот раз просто не успеваю ничего сделать. Ни увернуться, ни выставить щит, для которого просто не могла сейчас сосредоточиться из-за внутренней дрожи.

Я услышала, как позади открывается тяжелая дверь.

— Зарр, есть разговор… Ах ты, Бездна!

Из-за моего плеча навстречу огненному шару вылетел искрящийся шар из молний, и они взорвались буквально в метре от моего лица, полыхнув ослепительной вспышкой.

Но мне уже было все равно.

Я развернулась и уставилась бешеным взглядом прямо на Рига.

Риг в ответ уставился не менее безумным взглядом на меня.

Крепко сжатые узкие губы, темные глаза с отсветами пламени Хаоса в них и пальцы, так и оставшиеся сложенными для запуска огненных шаров. Кажется, у него было искушение отправить один из них в меня.

Или я читала в его глазах отражение своего желания?

— Адептка Джи… — начал он.

— А я замуж выхожу! — перебила я, скрещивая руки на груди.

— За кого?! — изумленно спросил Риг, оглядываясь в поисках моего жениха.

— За… — я поморщилась. Пощелкала пальцами. — Пятикурсник. Рыжий такой.

— Даже имя не помнишь? — поддел он с насмешкой.

Я независимо пожала плечами и отвернулась, рассматривая свои ногти. Позорище страшное, конечно, для ногтей столько приключений даром не проходит. Грязные, выщербленные… Флора бы не одобрила.

— Действительно, — спокойно отозвался Риг, поправляя без нужды манжеты на рукавах рубашки. — Потом на надгробном камне прочитаешь?

— Каком-каком камне? — нахмурилась я.

— Который поставят на могилу, когда я его убью!

Я даже руки опустила.