Тайная лавка ядов

 – Моя жизнь была такой безопасной, такой, мать ее, предсказуемой.

– Наша жизнь, – поправила я.

– Наша жизнь, да. Но я знаю, что ты хочешь безопасности. Ты хочешь, чтобы все было предсказуемо, и ребенку это тоже нужно, и…

– Я хочу безопасности? Я хочу предсказуемости? – Я покачала головой. – Нет, ты все неправильно понял. Это ты не поддержал мое желание подать документы в Кембридж, потому что это так далеко. Это ты…

– Не я порвал заявление, – сказал он ледяным тоном.

– Ты не хотел сразу заводить детей, потому что это было бы тяжело, когда ты подолгу работал.

Ты умолял меня согласиться на работу на ферме, потому что это было безопасно и удобно.

Джеймс побарабанил пальцами по белой скатерти.

– Ты согласилась на эту работу, а я не, Кэролайн.

Мы замолчали, потому что официантка принесла две тарелки пасты и поставила их перед нами. Я смотрела, как она уходит, внимательно следя за ее задорной, идеальной формы попкой, но взгляд Джеймса оставался прикован ко мне.

– Ты не сможешь переиграть то, что сделал со мной, – сказала я, отодвигая нетронутую тарелку.

 – Ты это понимаешь? Я никогда этого не забуду. Останется шрам, навсегда, если мы вообще с этим справимся. Сколько времени уйдет, прежде чем мы опять сможем быть счастливы?

Он взял с блюда посередине стола булочку и сунул ее в рот.

– Зависит от тебя. Я тебе сказал, все кончено, все в прошлом. Я облажался и теперь хочу это исправить вместе с тобой, с моей женой.

Я представила нас через пять или десять лет. Если Джеймс и в самом деле сохранит мне верность, возможно, когда-нибудь та другая женщина покажется всего лишь давней ошибкой.

В конце концов, я когда-то слышала, что половина супружеских пар в какой-то момент сталкивается с неверностью. Но в последние дни я поняла, что эта женщина не была единственным источником несчастья в моей жизни. Пока мы сидели за столом друг напротив друга, я думала, не поделиться ли с ним своими чувствами, но не видела в нем союзника, которому могла довериться. Он оставался противником, и мне хотелось защитить правду, которую я начала понимать в этой поездке.

– Я приехал в Лондон извиниться перед тобой, – сказал Джеймс. – Мне все равно, как пройдет остаток поездки. К черту исходный план. Можем хоть сидеть в номере и заказывать китайскую еду, мне все равно…

Я подняла руку, чтобы его остановить.

– Нет, Джеймс, – как бы плохо ему ни было, его чувства заботили меня меньше всего. – Я не в восторге от того, что ты прилетел в Лондон, не спросив меня.