Тайная жемчужина

 – Почему ваш возлюбленный не уехал вместе с вами?

– Дэниел забыл обо мне, – сказала Флер.

– Значит, его звали Дэниел… Но вы ведь его любили? А может, и сейчас любите?

– Нет, это было давно. Теперь все в прошлом.

Герцог допил бренди, поставил на столик бокал и поднялся на ноги.

– Что ж, – пробормотал он, – уже поздно, пора спать.

Флер протянула ему свой бокал, и он поставил его рядом со своим. Затем предложил ей руку и, внимательно посмотрев на нее, спросил:

– Скажите, вы доверяете мне? Может, вам помочь? Ведь вы пошли с ним не по доброй воле, не так ли? Вы же не хотели с ним идти?

Он осторожно провел пальцем по ее верхней губе.

Она крепко сжала его руку.

– Флер, почему вы уехали в Лондон? Почему ваш Дэниел не приехал за вами?

– Он не знал, что я убежала, – сказала она, все еще сжимая его руку. – Он и сейчас не знает, где я.

– Если бы я любил вас, Флер, если бы знал, что и вы меня любите, то непременно отыскал бы вас, где бы вы ни находились.

Она взглянула на его шрам. Затем, глядя ему прямо в глаза, проговорила:

– Нет, не отыскали бы.

Никто не может любить так сильно. Любовь не может быть такой. Она эгоистична и жестока.

И я ни в чем не виню Дэниела, он ни в чем не виноват.

– И все же, Флер… Если бы я любил вас, то нашел бы, поверьте.

– Вам просто так кажется, ваша светлость. Такой любви не бывает.

И вдруг она поняла, что он хочет поцеловать ее. Поняла за несколько мгновений до того, как его губы коснулись ее губ.

Флер еще успела бы отступить – ведь он не держал ее и не прижимал к стене, однако не стала противиться, даже не сделала попытки уклониться.

По-прежнему сжимая руку герцога, она закрыла глаза…

Губы герцога были чуть влажными и теплыми. А его поцелуй.., он совершенно не походил на поцелуи Мэтью и мистера Чемберлена.

Наконец он отстранился и, обнимая ее одной рукой, тихо проговорил:

– Не отвергайте меня, Флер, пожалуйста. Не оставляйте меня, не бойтесь ничего.

Она крепко прижалась к нему и вдруг вспомнила, как он стоял перед ней обнаженный, такой огромный и мускулистый, с ужасными шрамами на боку и на ноге.

А потом вспомнила, как он раздвинул ее ноги и овладел ею, вспомнила, как он терзал ее тело, причиняя ужасную боль.

Но ведь герцог щедро заплатил ей и накормил ее. А потом взял гувернанткой, доверил воспитание дочери. И, похоже, он действительно о ней заботился и хотел ей помочь.

Флер вспомнила, как танцевала с герцогом вальс на дорожке парка. Вспомнила и верховую прогулку.